Блуждающий взгляд зацепился за Янн, он так же сидел впереди. Уже немного протрезвев, он не выглядел веселым. В глазах – внутренняя борьба, испуг, осознание того, что уже ничего не исправить. Он отвел взгляд. Мои слезы бесшумно капали на колени, из груди непроизвольно вырывались отчаянные всхлипы.

Тот, что справа, приложил меня локтем в живот, и я захлебнулась от боли.

– Заткнись! – процедил он.

Мой катафалк остановился. Компания выбралась из машины, меня волоком протащили по колючей траве, а затем швырнули на землю.

– Это неправильно! – вдруг одумался почти совсем протрезвевший Ян, – Игры закончились! Отпустите ее!

– Очнулся, придурок! Какие на хрен игры! Ее вообще никто отпускать не собирается! Сам сказал, что она сирота, ее даже никто не хватится.

– Я не буду в этом участвовать! – надрывно произнес он.

– Тогда проваливай! – крикнул главный, и остальные засмеялись.

Ян, схватившись за голову, пропал из моего поля зрения.

Взгляд с трудом фокусировался на тройке двуногих животных, стоящих надо мной, меня сильно тошнило. Я отчаянно пыталась найти в себе силы. Нельзя сдаваться. Под возбужденный смех подонков я ползком попятилась назад.

– Острая штучка сегодня попалась! – хохотал один из них.

– Люблю таких! – поддакнул главный.

Рука нащупала увесистый камень. Я крепко сжала его, держа за спиной.

– Хей, Джек! Кто распакует подарок?! – спросил один из них.

– Тупой вопрос! Конечно я! – сказал красная кепка, перекрутив свой головной убор назад.

Значит, Джек, подумала я и приготовилась к атаке. Он, нагло ухмыляясь, подошел ближе и наклонился.

– Начнем, детка! – произнес он, и в этот момент моя рука вынесла из-за спины камень и с тупым стуком обрушилась на его голову.

Главарь, коротко вскрикнув, отпрянул назад, но всё еще стоял на ногах. Его рука зажимала рану, по пальцам засочились красные струйки. Джек посмотрел на стекающую кровь с таким видом, что я поняла – это последние секунды моей жизни. Он метнулся к машине, стоявшей в паре метров, достал полупустую бутылку из-под пива и молниеносно отбил о камень ее горлышко. Скаля зубы, он приблизился ко мне и занес руку с оружием над моим горлом. Я закрыла глаза… Вдруг он дико и коротко взвизгнул, что-то ухнуло, и тело Джека приземлилось… в десяти метрах от этого места. Во рту торчала та самая «розочка».

Рядом со мной в боевой позе сгруппировался Илай, в его взгляде горел огонь и всепоглощающая ярость. Губы исказил звериный оскал. Двое сзади испуганно переглянулись и бросились врассыпную. Один из них побежал к машине, Илай играючи догнал его в нескольких сантиметрах от нее. Раздался глухой хруст, и голова разбойника неестественно свисла набок, а он кулем обрушился на землю.

Мой взгляд не улавливал перемещений Илая, он как будто исчезал в одном месте и появлялся в другом. Такое было неправдоподобным даже для чемпиона по каратэ. Третий парень попытался скрыться в лесу, его душераздирающие крики пронзили ночную тишину через секунду всё стихло. Мой взгляд переметнулся к Яну, он вжался в дерево и со стеклянными от ужаса глазами взирал на происходящее.

– Нет! – закричала я, но мой голос прозвучал бесшумно.

Илай, схватив за шею, приподнял Яна над землей, словно тряпочную куклу. Тот, хрипя, беспомощно молол ногами воздух.

– Оставь его! – закричала я. – Он просто безвольный идиот и в последний момент сам одумался!

Илай одной рукой держал Яна за шею, другая дрожала, выдавая бурю гнева и внутреннюю борьбу. В его груди рокотало, будто раскаты грома.

Илай разжал руки, и он упал вниз.

– Беги-и! – яростно зарычал Илай, взрывая тишину ночного леса и ударил кулаком в капот «Мерседеса», отчего тот… сложился внутрь гармошкой, как бумажный. По светлым штанам Яна растеклось мокрое пятно. Он попятился и, спотыкаясь и падая, скрылся в темной чаще.

Илай застыл, как натянутая пружина, вцепившись в толстую еловую ветвь, словно это могло сдержать его.

– Спасибо, – хрипло выдавила я, и по щекам потекли слезы.

Мозг дал отбой тревоге, и, расслабившись, мое тело стало сотрясаться в рыданиях, громкие всхлипы улетали в черное небо. Только сейчас начал сказываться шок. Счастье от того, что я снова увидела Илая, смешалось в ядовитый микс с болью, которую я тоже почувствовала по-настоящему лишь теперь. Он посмотрел на меня и, снова издав страшноватый рычащий звук, скривился, как если бы больно было ему. Огромная ветка, за которую он держался, страдальчески хрустнула и упала на землю. Илай крепко обвил меня руками, прижимая к груди, я отчетливо слышала, как бешено стучит его сердце. Он нежно гладил меня по волосам, прижавшись теплыми губами к моей макушке. Постепенно я стала успокаиваться; его планомерное, немного тяжелое дыхание окутывало меня спокойствием и ощущением безопасности.

Я подняла голову, и наши взгляды пересеклись. Он аккуратно провел рукой по поврежденной щеке и сморщился. Его широкие черные зрачки темными пятнами лежали на двух пылающих озерах, разъяренные языки пламени вырывались наружу, подобно извергающемуся вулкану. От неожиданности я растерялась; моя реакция его расстроила, и он, закрыв глаза, отвернулся.

– Прости, так всегда, когда я на пике эмоций, – сдержанно произнес он низким голосом. Спокойствие давалось ему очень тяжело.

– Я хочу домой, – произнесла я устало. Фраза из-за дрожащего голоса прозвучала капризно, и он слегка улыбнулся, поднявшись со мной на руках, как будто я не весила вообще ничего.