А с этим спецом…

– Посмотри, там лопаты есть?

Спец кивнул и, повесив помповик на какой-то штырь, торчавший из стены рубки, пошел на корму. Его место у борта заняла бледная Алена, которая спросила:

– Костя, что там случилось? Я боюсь.

– Не бойся, Аленушка, все закончилось. Скоро мы поедем обратно.

– Правда?

– Правда.

Алена помолчала и сказала:

– А мне все равно страшно… Что он мне вколол?

– Не бойся, – повторил Знахарь, – я все выяснил. Сейчас мы вернемся, и все будет в порядке.

Спец вернулся, держа в руках две ржавые лопаты.

– Пойдет? – спросил он, показывая их стоявшему внизу Знахарю.

– Пойдет, – кивнул Знахарь, – пошли.

Спец, балансируя лопатами, спустился по узкой сходне и направился вслед за Знахарем.

Пройдя несколько шагов, Знахарь остановился, и, повернувшись к оставшейся в одиночестве Алене, сказал:

– Если что, стреляй не раздумывая.

Алена кивнула, а на лице спеца, взглянувшего на тоненькую молодую девушку, отразилось сильное сомнение.

– А она сможет? Мушкет-то серьезный!

– Девочка выросла в тайге, в семье охотников.

– А-а-а… Ну, тогда другое дело.

И они пошли по следам, уводившим за скалы.

Через час энергичной работы четыре трупа были без затей закопаны в песок, а тело Наташи, завернутое во все нашедшиеся тряпки, похоронено отдельно и неглубоко. Знахарь рассчитывал на следующий же день вывезти ее отсюда и нормально похоронить на кладбище. Сухой песок давал надежду на то, что за один день с телом ничего не случится.

Когда скорбный труд был окончен, невольные могильщики присели на торчавшие из песка камни и закурили. Знахарь придирчиво осмотрел место событий и остался удовлетворен. О произошедшей здесь трагедии нельзя было даже догадаться.

Теперь оставалось только…

Он небрежно пошарил по карманам широких холщовых брюк, как бы ища что-то, и сдвинул предохранитель «Беретты», громко кашлянув при этом, чтобы заглушить щелчок.

– Как тебя зовут? – спросил он у сидевшего в пяти метрах от него отставного спеца, который сосредоточенно выпускал в неподвижный воздух тончайшую струйку дыма, освещенную вечерним солнцем.

– Костя, – ответил спец и, смахнув со лба пот, ответил Знахарю спокойным взглядом.

– Тезка… – Знахарь усмехнулся.

– Ага, тезка, – кивнул Костя, – да ты, Знахарь, не мучайся, не стоит.

Знахарь удивленно посмотрел на тезку, а тот, все так же спокойно глядя ему в глаза, сказал:

– Я ведь знаю, о чем ты сейчас думаешь. Ты не можешь решить, то ли похоронить меня здесь вместе с остальными, то ли нет. Что – не так?

Знахарь прищурился.

– Я Наташу еще с учебки знал, – снова заговорил Костя, глядя вдаль, – даже был в нее влюблен. Мы тогда все в нее влюблены были. А теперь…

И он посмотрел на то место, где под метром песка неподвижно лежала его бывшая любовь.

Потом он снова взглянул на Знахаря и сказал:

– Я ушел из Конторы пять лет назад. И с тех пор занимаюсь тем, чем считаю нужным. А последние два года, когда вы с Наташей стали… ну, в общем, быть вместе, я по ее просьбе постоянно вел тебя. Так сказать, – ангел-хранитель.

Он засмеялся и добавил:

– А ты и не замечал даже. Значит, я хороший шпион. Ты ведь так ее называл?

Знахарь кивнул, не зная, что и сказать.

– Ты не мучайся, не соображай там ничего так судорожно, не надо. Я сам тебе все расскажу. Наташа доверяла мне, и я знаю о тебе почти все, кроме той информации, которую ты сам тщательно скрываешь от всех. Я, например, знаю, что у тебя где-то здесь какие-то сокровища, а какие именно и где – мне неизвестно. Наташа мне этого не говорила. Все твои телодвижения мне отлично известны, и во многих из них я принимал участие. Кокаин для дяди Пашиной братвы в Египте – моя работа. Н у… Еще я лично вклеивал в Библию инструкцию по использованию ракетного ранца.

Знахарь удивленно вскинулся и уставился на довольного такой реакцией Костю.

– Еще много чего было, но сейчас это не важно. Главное, что ты уже не будешь выхватывать из штанов пушку. Так ведь?

– Да, пожалуй, – медленно ответил Знахарь, понимая, что только что он чуть было не совершил невероятную глупость.

– А ведь ты был готов завалить всех нас, как капитан Флинт на Острове Сокровищ. Правда?

Знахарь сам до последней минуты старался не думать об этом, но другого выхода у него не было, и он понимал, что бывшие федералы, знающие о сокровище мурзы Казанского, ему совсем не нужны и даже смертельно опасны.