– Этой девчонке, возможно, нужна медицинская помощь, – кивнул я на велосипедистку и с удовлетворением отметил, что голос мой звучит ровно, нет в нем ни дрожи, ни напряжения. Хорошо. Хорошо же! – Посмотрите, она так еще толком и не пришла в себя. А я врач.

– Мы тоже, – выпятил вперед нижнюю челюсть пассажир внедорожника – этакий мачо с гладко зачесанными назад длинными черными волосами – и угрожающе шагнул ко мне. Я соответственно отступил. Покаотступил. И радостно подумал, что мачо, наверное, уверовал в то, будто я его испугался.

«Еще один решительный шаг – и слизняк-докторишка из „Лексуса“ сдастся без боя. Пустится в бегство, обеспокоенный своим неожиданно оказавшимся под угрозой здоровьем. А не опустить ли его тогда заодно и на лавэ? А не забрать ли у него его роскошную тачку?» – вот над такой проблемой, наверное, ломали в этот момент свои безмозглые головы два щенка из ближнего зарубежья. Я скосил глаза на девчонку: сидит, киска, в растерянности приоткрыв ротик, и испуганно пялится на троих идиотов, которые, похоже, делят между собой что-то такое, бесценное.

Уж не ее ли?! О, Господи!

А мимо иногда проносятся автомобили. Люди, сидящие в них, скользят безразличными взглядами по двум иномаркам и небольшой группке людей, что топчутся на обочине. И при этом никто не в состоянии предположить, что кое-кому из этой группки уже в ближайшее время предстоит поход к стоматологу. И, наверное, в травму. Вставлять выбитые зубы. Вправлять вывихнутые конечности. А ведь белорусам, если у них нет страховки, за такие услуги придется платить. При этом немало!

– Проваливай!!!

– Погодите, парни, – примирительно выставил я перед собой ладони. – Я же только хочу помочь этой девушке. Может быть, ее надо доставить в больницу…

– Сами доставим! – Странно, но этому комедианту еще не надоело трепать языком. Вот уже, пожалуй, минуту он почему-то никак не мог заставить себя ступить за порог банальной словесной пикировки и всерьез заняться рукоприкладством. А я так ждал! Мне так не терпелось! – Слышь, Витек, – повернулся мачо к своему дружку. – Пакуй эту шкуру в машину.

«„Пакуй“ – это значит „сажай“, – догадался я, – а „шкурой“ ласково назвали велосипедистку. Не меня же!»

Витек состроил на роже похотливую гримасу.

Мачо опять уставился на меня, как бы последний раз предлагая убраться к чертям по-хорошему.

– Давай ее в тачку, – не отрывая от меня глаз, еще раз процедил он своему приятелю.

– Не надо! – испуганно пискнула девушка, продолжая сидеть на обочине. – Со мной все в порядке.

Пожалуй, она не врала. Если не принимать в расчет ободранные коленки, то со здоровьем у нее, и правда, все было в порядке. А вот со всем остальным? Как насчет того, чтобы прокатиться на «Ровере»? Продолжить знакомство с двумя нетрезвыми бульбашами?

– Не надо, – еще раз попросила девчонка и печально глянула на своего искалеченного железного друга. – «Джемини»! Велосипе-э-эд!

У него был разбит красивый фонарик, картинно, будто хвост у текущей сучки, задрано в сторону оранжевое крыло, а заднее колесо изогнулось эффектной «восьмеркой». Короче, кранты железному другу.

– «Джемини»! – еще раз всхлипнула девушка. Похоже, так звали ее искореженный велик. И, возможно, он был ее единственным достоянием. А может быть, взят напрокат у подруги, и его еще предстояло вернуть. – Велосипе-э-эд!

– И хрен с ним, с развалиной! – засмеялся Витек. – Давай садись в тачку. Поедем лечиться. А ты, – он повернулся ко мне, – проваливай к гребаной матери! – Кажется, я ему надоел. – Но сперва уплати за посмотр. Сотку бачков. Эвон ему, – кивнув на мачо, деловито распорядился он.

Я сделал вывод, что Витек, пожалуй, решительней своего корешка, продолжавшего безобидно гипнотизировать меня взглядом. И решил, что довольно выслушивать дерзости от этих недоносков и испытывать свои нервы. Пора резко менять событийный ряд в этом дорожном боевичке. Базары, базары… А когда ж будет драка?

«Щас будет!» – Я не смог сдержаться и широко улыбнулся при этой мысли. И весело хмыкнул:

– Короче. Вы, два козла беловежских. По-быстрому девочке фишки за велик, за исцарапанные коленки и за моральный ущерб. А мне ключи от машины. Не хрен кататься, раз не умеете… До вас что, туго доходит? По-быстрому!

Как я и рассчитывал, это беспредельное по своей борзоте заявление стало последней каплей, переполнившей чашу терпения иностранцев. Длинноволосый мачо попер на меня в атаку первым.