– Слушайте, пацаны… – Чемодан покосился на Алену, – тьфу, все не привыкну, что девка делами занимается… Так вот, что-то я в тему ну никак не въезжаю. Вот вы смотрите, что получается: эти беспредельщики мутили себе дела по-тихому, ну, там картинки рисовали и задвигали их за бугор, фирмы трясли потихоньку с помощью этого гребаного рейдерства, создавали сети для торговли этой отравой. Долбили потихоньку мелочь барыжную. Ладно, это все понятно. Но тут – как озверели. Начали мочить так, что дым до неба.

– Ну, они и раньше не очень тихими были. Вон как на меня полезли и стали лупить из всех калибров, – возразил Казак.

– Да ты сравнил! Ну, хлопнули бы тебя, и что? Менты в посмотрели-посмотрели… Еще одного бандюгана завалили в разборках. Делов-то. Глухарем больше, глухарем меньше. А тут, в натуре, только танков недоставало. Это ж всех тамошних ментов ихнее начальство построит и злостно поимеет. И они уж забегают. Дела с кокаином они, правда, хорошо подкосили. Шорох стоит по всему городу. Вся братва, кто к этому отношение имеет, в больших непонятках – что теперь делать. То ли на дно ложиться, то ли ехать и мочить кого-то. А ты сечешь, что это значит?

Казак имел представление о методах работы УБОПа в таких вот чрезвычайных случаях. Начнут конкретно наступать всем на хвосты всюду, где только можно. Или просто выйдут через посредников на того же Барина и на других. И дадут понять, дескать, вы найдите нам этих отморозков, и всем будет хорошо. Прием старый, и если те ребятки были связаны с конторой, то должны понимать, что таким лихим партизанским налетом они создали себе большие проблемы: за ними будут охотиться не только менты, но и братва. Хотя, конечно, это был самый простой и быстрый способ достать Челыша. Быстрый…

– Слушай, Чемодан, а может, их подперло? Нарисовались какие-то обстоятельства, и им пришлось спешить. Мы-то им, можно сказать, на пятки наступали.

– Знаешь, я вот не из трусливых, но если бы мутил большие дела и наметился бы шухер – предпочел бы отсидеться.

– Да и я бы тоже. Но если они не могли? Может, им приказ сверху дали? Или еще что… Рынок кокса-то начисто разгромлен. Кто знает, может у них как в песне: мы за ценой не постоим. Кстати, а что с этой «шестеркой», с которой наблюдали за прибытием Челыша? Теперь-то ясно – они хотели убедиться, что он прибыл домой. Чтобы уж наверняка.

– Что? Да ничего. Как ты думаешь? Номера паленые. Точнее, зарегистрированы на «копейку». Она, эта «копейка», и сейчас стоит в одном дворе на Гражданке. Ну знаешь как бывает – тачка уже не фурычит, хозяину лениво бабки платить за вывоз в металлолом, так он ее просто во дворе бросил. С такой номера свинтить – раз плюнуть. Так что это дохлый номер.

– А вот еще вопрос. Мы знаем, что эта настойка приходила в Питер. Есть в порту какие-нибудь следы?

– Ни фига нет. Но они ведь могли и перегрузить в каком-нибудь диком порту на другое судно. А проверить все документы… Занимаются люди. Но пока по нулям.

– Что ж, будем ждать…

Этот разговор происходил через три дня после веселых событий в Токсово. За это время ничего особенного не произошло. В клуб Казак больше не наведывался – у Вики проснулся мощный коммерческий талант, она уже создала сеть в нескольких заведениях и подумывала о том, чтобы снять себе квартиру.

Тем не менее, вчера Кирилл предложил встретиться – назначил встречу в кафе на улице Белинского. Работодатель выглядел несколько взволнованно, но старался этого не показывать. Прибыл он снова на такси.

– Ну что, я так понимаю, моя работа не понадобилась? – начал беседу Сергей. – Вика вон стала уже мутить крупные дела, квартиру собирается снимать. Моя помощь ей, наверное, уже ни к чему.

– Уже сняла. Я ей денег подкинул. И тебе. Вот твои деньги. Ну, за первый месяц.

– Ни фига ж себе… Я вот шел и думал, как бы зажать аванс. Я ведь отработал-то всего ничего. Нет, я, понятно, бабки-то возьму. Но только в сказки про Дедов Морозов и прочих благотворителей я не очень верю. Если человек дает бабло, значит, он дает их для какой-то цели. Или я не прав?

– Что в Дедов Морозов не веришь, это правильно. И деньги я тебе даю не просто так. Мало того, в скором времени, возможно, разговор пойдет о куда более серьезных деньгах. Понятно, и дела будут серьезнее. Вот скажи мне честно, тебе не надоело болтаться как одно вещество в проруби? Сколько можно? Большой город, знаешь, он сжирает без остатка.

– Это ты верно подметил, – сказал Казак, хлебнув кофе. – Жизнь пошла тяжелая, а своими мозолистыми руками на нормальную жизнь не заработаешь. Да и не умею я ничего.