Леонардо думал и о безопасности полета. «Этот прибор, – писал он, – испытываешь над озером и наденешь в виде пояса длинный пузырь, чтобы при падении ты не утонул», – т. е. полет необходимо проводить над озером, и на пилота надеть спасательный круг. Это решение кажется да Винчи ненадежным. Рядом с чертежом нового пристособления он записал в своей тетради: «Если у человека есть шатер из прокрахмаленного полотна, шириной в 12 локтей и вышиной в 12, он сможет бросаться с любой высоты без опасности для себя». Нетрудно догадаться, что речь идет о некоем прообразе парашюта. Это изобретение будет реализовано четыре столетия спустя.

Спрос на работы Леонардо по-прежнему велик. В течение 1501 года Изабелла д’Эсте три раза обращалась к нему. Он обещал написать для нее картину, указывал даже сроки. Корреспонденты Изабеллы пишут маркизе в отчете о выполненном поручении: «Сильно занимается геометрией и рад бросить кисть…», «Словом, его математические опыты настолько отвлекли его от живописи, что он терпеть не может браться за кисть». В итоге Леонардо не выполнил своего обещания: Изабелла не получила ни своего портрета, ни другой картины.

Вазари упоминает о мраморе, который испортил и изуродовал некий мастер Симоне да Фьезоле. Леонардо предложили высечь из этого мрамора скульптуру. Он отказывается – не намерен исправлять чужие огрехи и занят своей летательной машиной – он уже выбрал место, где произведет пробный полет. Леонардо решил, что это будет гора «Лебедь», расположенная рядом с маленьким Винчи, откуда был родом изобретатель. Микеланджело Буонарроти, вернувшийся из Рима, узнав, что мрамор предлагали великому Леонардо и тот отказался от него, согласился высечь статую. Если великий Леонардо не может, то сможет он, Микеланджело. Это будет статуя Давида – одно из величайших произведений в истории искусства.

30 июля 1502 г. Леонардо довольно внезапно, ни с кем не простившись, уехал из Флоренции. Полет летательной машины так и не состоялся. Незаконченный картон «Святой Анны» – единственная крупная картина, сделанная Леонардо в этот флорентийский период. В 1503 г., через два года после того как Флоренция восхищалась картоном Леонардо, заказ на алтарный образ для церкви Святой Аннунциаты снова был передан Филиппино Липпи.

Во Флоренции Леонардо не нашел положения, каковое было у него в Милане при Людовико Моро. Художник искал государя-мецената. Таковым ему показался Цезарь Борджиа (кардинал Валенсии), внебрачный сын папы Александра VI, обвиняемый молвой в братоубийстве герцога Гандийского. Цезарь – смелый полководец и при этом коварный и жестокий политик. Леонардо просится к нему на службу. Цезаря предупреждали о медлительности да Винчи, но это никак не повлияло на переговоры и он принял услуги мастера. С июля 1502 г. Леонардо – главный инженер у Цезаря Борджиа.

Цезарь постоянно воюет. Его целью было успеть создать из разрозненных областей и небольших герцогств в Средней Италии крепкое государство при жизни своего отца. Он ни перед чем не останавливается, для достижения цели все средства хороши: подкуп, измена, пытки. Цезарь рассчитывал на быстроту, кроме того, на его стороне были огромные средства – казна римской курии. Мощная энергия полководца и беспринципность в вопросах морали и права обещали ему скорый успех. Леонардо, вероятно, тоже думал, что Цезарь быстро завоюет Романию и Марке [4] , и устроит где-нибудь в Болонье или Урбино двор наподобие миланского, а там понадобятся услуги инженера в строительстве каналов, крепостей, появится и возможность неспешно заниматься живописью. Однако вышло не совсем так, как рассчитывал Леонардо.

В мае 1502 года да Винчи по приказу Цезаря отправился в недавно завоеванный город Пьомбино осмотреть укрепления. Леонардо выполнил задание, а заодно, оказавшись у моря, увлекся механикой волн, влиянием морской воды на растительность.

В середине июня Борджиа выступил в поход и одним ударом захватил Урбино. После этого он срочно вызвал Леонардо, чтобы тот обследовал и поправил укрепления. Леонардо пришлось подчиниться. До конца июня он пробыл в Урбино. Затем герцог приказал ему отправиться в Чезену, чтобы соединить этот город каналом с портом Чезенатико. Цезяря не смущала грандиозность задачи. 18 августа Леонардо получил от Цезаря из Павии грамоту следующего содержания: «Цезарь Борджиа, Божьей милостью и проч. знаменосец и главный полководец Святой римской церкви, – всем нашим наместникам, кастелянам, капитанам, чиновникам, командирам, солдатам и подданным, каковым мы приказываем и предписываем на вечную память, чтобы они всюду предоставляли свободный проход и освобождали от всякого официального платежа за него и за его провожатых, чтобы они дружески принимали и давали осматривать и измерять и хорошо обследовать, как он захочет, предъявителю сего, нашему любезнейшему приближенному архитектору и инженеру Леонардо да Винчи, который по нашему поручению должен осматривать укрепления и крепости нашего государства для того, чтобы согласно с его указаниями мы могли своевременно перестроить их. Для этого ему должны быть предоставлены люди, сколько он требует, и оказана помощь, которая будет нужна, причем мы хотим, чтобы по техническим работам, производящимся в наших владениях, любой инженер советовался с ним и повиновался его решениям, и пусть никто не осмеливается не повиноваться этому, если он не хочет подвергнуться нашему гневу. Дано в Павии, дня десятого августа лета Господня тысяча пятьсот второго, герцогства же нашего в Романьи второго. Цезарь».

В Чезене и Чезенатико Леонардо изучал местность, производил подготовительные промеры до конца сентября. Тем временем положение герцога пошатнулось. Кондотьеры [5] готовили заговор против Цезаря Борджиа. Вначале их действия были довольно успешны: к середине октября вся территория герцогства Урбинского была ими завоевана. Находиться в незащищенной Чезене стало опасно. Леонардо поспешно уехал в укрепленную Имолу, где стоял с войсками Цезарь.

С 7 октября в Имоле находился уполномоченный Флорентийской республики Никколо Макиавелли. Наверняка Леонардо да Винчи и Макиавелли виделись, возможно, были знакомы. Но Никколо Макиавелли в своих донесениях Синьории ни разу не упоминает имени художника, равно как и в записях Леонардо ни разу не встречается имени Макиавелли.

В начале декабря 1502 г. Цезарь получил подкрепления и начал переговоры с противниками. Он выступил из Имолы через Форти в Сенигалию, где укрепились заговорщики. Ему удалось хитростью добиться, чтобы войска неприятеля были расположены вне города. Цезарь с отрядом, который был разбит на мелкие группы, вошел в город, за несколько часов захватил кондотьеров и казнил их. К следующему утру, 1 января 1503 г., Цезарь Борджиа при помощи «прекраснейшего обмана» (слова приписывают и Никколо Макиавелли, и Паоло Джовио) стал сильнее, чем когда бы то ни было. Он вернул свои прежние завоевания, захватил Перуджу, готовился к походу на Сиену.