Но опасался он зря — Юля тут схватила его за плечи, уронила к себе в кресло и ответила на поцелуй — страстно и жадно. Потом оттолкнула Диму от себя, сглотнула и сказала хрипло:

— Ну наконец-то. Я уж думала, не осмелишься. Встань с меня.

Дима встал. Чувствовал он себя при этом почему-то очень неловко. Но Юля не дала ему времени на самокопания — схватила за руку и потащила в сторону — в смежную комнату, где Дима увидел лестницу. Квартира оказалась двухэтажной и Лукшин понял, что ожидал чего-то в этом роде. Не будь в ней чего эдакого, он был бы разочарован. Хотя два этажа — это по нынешним временам уже и не круто почти. Вот будь тут оранжерея или бассейн — другое дело.

Они поднялись по лестнице и оказались (ну разумеется) в спальне. Дима даже ухмыльнулся легонько. Посреди комнаты, на невысоком подиуме стояла широченная незастеленная кровать с кованой спинкой. Судя по двум дверям на дальней стене спальной, были на этом этаже еще какие-то комнаты, но Диму это уже особо не интересовало. Юля подвела его к кровати, развернула к ней спиной и запустила руки Диме под водолазку. Провела пальцами по груди, улыбнулась многообещающе и сильно толкнула его обеими руками. Дима рухнул на кровать.

— Однако, — сказал он, — быстро ты.

— Если тебя ждать, — промурлыкала она, — так я состариться успею. Заползай выше, вот так.

Залезла сверху, заявила, — «Руки подними», — и принялась снимать с Димы водолазку. Водолазка была Диме маловата, шла туго и Юля замешкалась с рукавами. «Давай я сам?», — предложил Дима, и, не обращая внимания на Юлино «Лежи-лежи», попытался стащить рукав. Но не смог, с удивлением поняв, что обе его руки неожиданно жестко зафиксированы где-то за головой. Лицо его было закрыто снимаемой водолазкой, поэтому разглядеть, что случилось с руками, он не мог. Дима дернулся, пытаясь освободиться, и убедился, что пристегнут он надежно.

— Что такое? — стараясь не паниковать, спросил он, — Юля?!

Невидимая Юля хихикнула и сказала:

— Не дергайся, трусишка. Ничего страшного с тобой не случится, — и укусила Диму за сосок.

— Ой, — Дима дернулся и закрутил головой, — нет! Пусти, я видеть тебя хочу.

— Да пожалуйста, — Юля натянула водолазку Диме за голову, — так лучше?

Лукшин первым делом посмотрел на руки и убедился, что обе они пристегнуты к спинке кровати наручниками. Меховыми.

— Блин, — сказал Дима, — мне так не нравится!

— М-м? — Юля облизнула губы, расстегнула молнию, идущую вдоль всего платья и Дима обнаружил, что белья Юля не носит. Чулки на ней были, а трусов — не было. Не говоря уже о лифчике. Она скинула платье, бросила его на пол, медленно и грациозно прошла вдоль кровати, пристально глядя на Диму.

— А так — нравится?

Дима сглотнул и заерзал.

— Что такое? — Юля остановилась, расставив ноги, и наклонила голову.

— Неудобно… это, — Дима смутился.

Юля опустила глаза и понимающе хмыкнула.

— А! Джинсы тесные? Сейчас-сейчас, — она нагнулась, расстегнула ремень, ширинку и одним движением сдернула джинсы с Диминых бедер вместе с трусами, — даешь свободу!

Взглянула Диме в глаза, торжествующе улыбнулась.

— А говорил — не нравится. Кажется, кто-то с тобой не согласен. Кстати, да — большой джип тебе ни к чему. Хотя… видала я и побольше.

Покружилась возле кровати, глянула через плечо.

— Ничего фигурка, да?

— Ну, — начал слегка уязвленный Дима, собираясь сказать: «Видал я и получше — пару-тройку кэгэ тебе не мешало бы сбросить», но явственно представил на кровати свой растерзанный труп и вовремя прикусил язык, — да, вполне себе. Может, отвяжешь, обещаю, не сбегу…

— Не-а, — Юля прищурилась, — я тебя так мало знаю. Вдруг ты не только трусишка, но еще и врунишка?

Дима вздохнул и решил последовать банальному совету «расслабиться и получать удовольствие».

— Ладно уж, — сказал он мрачно, — но больше я на такое не попадусь.

— Ой-ей, — Юля всплеснула руками, — такой весь недовольный, черт знает что подумать можно. Может, тебе заплатить тысяч пять, чтобы ты веселее выглядел, а? Баксов, разумеется, не рублей.

— Чего?! — Дима вытаращил глаза и задергался, — сдурела?! Иди на фиг! Выпусти меня сейчас же!

Юля рассмеялась красивым серебристым смехом.

— Ишь, гордый какой. Тише-тише, я пошутила.

Быстро наклонилась и коротко поцеловала в самый кончик члена. Диму словно током пронзило, он выдохнул и замер.

— Если б согласился, я б тебя выгнала, — тихонько сообщила Юля, — терпеть не могу альфонсов.

— Ага, — сказала Дима, обретая дар речи, — только вот это… у меня в заднем кармане джинсов…

Юля нахмурилась, сняла с Димы наполовину спущенные джинсы и полезла в карман. Вытащила пачку «Контекса», насмешливо подняла бровь.