Неожиданно Коул схватил меня за руку и, встретив мой удивленный взгляд, сказал:

— Похоже, без моей помощи тебе не обойтись.

— Да, не обойтись.

Коул помог мне миновать все преграды, доставив в целости и сохранности на другой конец комнаты. Я уж собралась было победно вскинуть руку, но Коул продолжал крепко держать меня.

— Эмма! — заметив нас, завопил Ти Джей.

— Ти Джей! — с не меньшим энтузиазмом откликнулась я.

Внезапно на его лице появилось озадаченное выражение.

— Ты что, уже уходишь?

Оказывается, Коул медленно, но верно подталкивал меня к выходу.

— Увидимся позже, Ти Джей, — открыв передо мной дверь, бросил Коул.

— Ладно, до скорого, Коул.

— Куда ты меня ведешь? — удивленно спросила я Коула, и тут меня словно громом поразило. — Постой-ка, ты что, их знаешь?

— Да. И еще раз — да, — ответил Коул, когда мы направились в сторону улицы. — У моего отца дом неподалеку.

— Ты что, надо мной издеваешься?! — Разочарование вдруг пробило стену спокойствия, которой я себя окружила. Ну почему, почему со мной такое происходит? Должно быть, это просто какой-то идиотский розыгрыш. — Конечно, ты их знаешь! Конечно, я должна была прийти именно на эту вечеринку. Возможно, ты и его знаешь, так?

— Ты имеешь в виду… — Он открыл было рот, чтобы произнести его имя, но, увидев мой сердитый взгляд, осекся. — Да, мы встречались.

Я запрокинула голову и закричала, обращаясь к небесам:

— Проклятая судьба! — Пришлось остановиться. Идти и одновременно кричать оказалось страшно неудобно. — Проклятая дурацкая судьба, — сложив на груди руки, запричитала я.

— С чего это ты так разошлась? — хмыкнул Коул, которого явно забавляло мое поведение.

— Заткнись, Коул! — огрызнулась я. — Проклятая судьба!

— Советую понапрасну не дразнить судьбу, а то она тебе жестоко отомстит, — рассмеялся Коул.

— Ой, да ради бога! Сколько угодно! — воскликнула я, обращаясь к звездам. — Ну давай же, не стесняйся! Выкладывай все, что ты для меня припасла!

— Все, кончай сопли жевать! Остынь, — ухмыльнулся Коул.

Вдоволь накричавшись, я почувствовала себя совершенно разбитой. Тогда я села прямо на обочину и обняла руками коленки.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Коул.

— Я устала, — простонала я.

— Ладно, хватит валять дурака! Вперед! — Коул протянул мне руку. — Мы уже почти пришли. А потом вырубайся сколько душе угодно.

Коул рывком поднял меня с земли, и я буквально повисла на нем. Я чувствовала себя безумно уставшей, ужасно кружилась голова, ноги не слушались. Я вдруг почувствовала, что у меня онемели губы. Интересно, а что, если попробовать поцеловаться?

— Коул?

— Да, Эмма.

— Ты меня не поцелуешь?

— Ну уж нет, — испуганно ответил он.

— Но мне просто необходимо проверить чувствительность губ!

— Ответ «нет». Я не собираюсь тебя целовать.

— Почему?! — обиделась я.

Он с минуту молчал, а потом неожиданно заявил:

— Потому. Я даже не уверен, что ты мне нравишься.

— Веская причина, — сонно согласилась я. — Но совершенно не обязательно, чтобы я тебе нравилась. Просто поцелуй меня — и все дела. У меня онемели губы.

— Кончай их кусать, — приказал он.

Я усиленно заморгала и увидела, что мы направляемся к какому-то дому.

— Коул?

— Да, Эмма.

— Прости меня за то, что я такая дрянь. — (Он достал ключ, чтобы отпереть дверь. К этому времени я уже едва стояла на ногах.) — А еще за то, что совсем тебе не нравлюсь.

Коул открыл дверь.

— Здесь есть свободная… — начал он, но я уже целеустремленно направилась в сторону дивана в гостиной.

Тяжело вздохнув, я рухнула на диван. Все закрутилось, завертелось перед глазами, и я заснула.

У меня в голове вдруг раздался странный металлический лязг.

— Прости, — послышался мужской голос.

Твою мать!

Крепко зажмурившись, я провела рукой по бедрам и облегченно вздохнула, почувствовав под пальцами тонкий хлопок. Не отрывая головы от подушки, я осторожно приоткрыла один глаз и увидела, что лежу под синим ворсистым одеялом. С дивана открывался вид на кухню, а на кухне, спиной ко мне, стоял он. Я до сих пор чувствовала во рту вкус текилы, которая, должно быть, прямо через поры выходила сейчас наружу.

Я рывком села, ожидая, что почувствую адскую боль во всем теле, но боли, как ни странно, не было, хотя перед глазами замелькали черные мушки. Я попыталась сфокусировать взгляд. Комната показалась мне такой ослепительно-белой, что я невольно зажмурилась.