В этот же вечер Лева и Наталья во всеуслышание сообщили, что у них через две месяца свадьба, и они всех приглашают.

Вечер прошел замечательно, утром похмелились (кто ночевал у меня), после чего стали расходиться, оставив мне огромное поле для уборки. Я еще вчера сообщил, что мне нужно будет ехать в Киев за дочками.

На самом деле я немного слукавил. Поеду я за дочками (о чем тем, нетерпеливым, уже сообщил) дня через два-три. Мне нужно было найти и нанять домомучительницу, чтобы следила за квартирой. Благо такая служба существовала. Перевезти в квартиру вещи от Михи и из камеры хранения, обставить ее, в смысле купить вещи: посуду в сервант, для кухни, ну и так далее. Обезопасить дом и машину, познакомиться, наконец, с участковым, который пока пребывал в отпуске, но должен вот-вот выйти на работу — ну и можно отправляться в Киев.

Весь этот день я посвятил уборке, так как насвинячили гости изрядно, однако к трем часам все-таки справился. Я даже сбегал в гастроном и закупил продукты, а то холодильник совсем пустой. По пути зашел в хозмагазин.

Меня достало отсутствие моющего средства. Поэтому я решил его сделать сам. Только разложил компоненты, как в это же время во входную дверь позвонили. К моему удивлению, там стоял Миха со своими родителями.

— Игорь. Извини, не смог до тебя дозвониться. Можно показать твою квартиру родителям?

— Да не проблема, проходите, — продолжая вытирать мокрые руки, пригласил я гостей. Те быстро сменили уличную обувь на домашние тапки (у меня было четыре пары, надо будет еще прикупить) и направились вслед за мной.

Почти час я водил родителей Михи по квартире как по музею, было видно, что вся обстановка произвела на них впечатление.

— Спортгородок? — поинтересовался Николай Николаевич, заглянув ко мне в спальню.

— Спортивная стенка, — поправил я. — Заказал по рисункам, сам рассчитывал, вот мне на фабрике, где делают спортинвентарь для школ, и сделали, а рабочие на болты прикрепили. Удобно, что тут трехметровые потолки, большое поле для тренировки. Только маты на пол все еще шьют. Дочки по-любому будут тут лазить, лучше заранее обезопаситься.

— Ага. Неплохо, неплохо, — пробормотал гость, при этом поглядывая на сына, явно примеривая того на эту ситуацию. Лицо Михи поскучнело, поэтому понимая, что Миху лучше не подставлять под беспардонность родителей, я повел гостей дальше. Терять друга не хотелось, и так его родители постоянно ставили ему меня в пример. Так что от демонстрации я воздержался.

— Кхм, Игорь, ты не можешь дать мне адрес бригады ремонтников и мастера, что сделал мебель? — попросил Николай Николаевич полчаса спустя.

— Мог бы, только вот бригада из Киева, а мастер работает только через своих людей. То есть я тоже договаривался не напрямую, а через одного человека. Я вам дам обе наводки, хорошо?

— Было бы неплохо. В принципе, рабочих я и тут найду. А вот с мастером надо бы свести.

— Я дам номер телефона человека, через которого вышел на мастера. Передайте ему, что вы от меня — и все.

Я написал на листке данные и отдал их Николаю Николаевичу. В это время из кухни выглянула Наталья Романовна.

— Игорь, а что ты готовишь?

— Моющее средство для посуды.

— И что, хорошо моет?

— Отлично, меня еще мама научила его делать. Народное средство.

— А что за рецепт?

— Да проще простого. Состав: детское мыло — один кусок, сода — двести пятьдесят грамм, и два стакана воды.

— Как смешивать? — записывала за мной мать Михи. Карандаш и листок ей дал Николай Николаевич, с моего разрешения вырвав его из блокнота.

— Способ изготовления довольно прост. Мыло натереть на терке, добавить сначала один стакан воды. Взбить. Потом добавить еще один стакан, и в эту пену постепенно добавлять соду. Еще немного взбить — и все. Получается по консистенции паста. Моющее средство готово.

— Понятно, а его только для посуды можно применять?

— Да нет, что вы. Это универсальное моющее средство, годное и для мытья посуды, и для мытья сантехники. Компоненты руки сушит в меру, но главное, что оно отмывает все. Даже известковый налет, надо просто подольше подержать.

— Ага. А?..

— Ну, хватит, все, что надо, мы посмотрели. Так что есть, о чем подумать, пойдем, — остановил жену Николай Николаевич.

Хлопнула дверь холодильника, и Миха тоже влез разговор, вырвав зубами из полукруга копченой колбасы изрядный кусок:

— Да, поехали уже. Мне вас еще на дачу везти.

Его родители с наступлением тепла и до холодов жили на даче, предоставив квартиру в полное Михино пользование. Им это было не трудно, так как Николая Николаевича каждый день на работу забирала служебная машина.

В это время снова раздался дверной звонок, и в дверь несколько раз требовательно ударили кулаком.

— О, еще гости, — удивился я. — Кто бы это мог быть?.. Кто там?

— Откройте, милиция! — раздался неожиданный для меня ответ.