– Иди, мама. Я разберусь с этим, - сказал Бо позади меня.

– Хм, не похоже. Но я надеюсь, что ты прав. Не я буду оплачивать все то, что он сломает, если продолжит в том же духе, - ответила она.

Пристроив пиво на край бильярдного стола, я не отрывал взгляд от Итана. Он знал, где она была. Он ЗНАЛ, где она была.

– Я отвез ее в кондо ее подруги на пляже.

Ее там не было. Я звонил Джуил . . . подождите. Он отвез ее туда?

– Ты видел Джуил? Неужели она в самом деле поехала в кондо?
– спросил я, надеясь, что я был разыгран ее сумасшедшей подругой.

– Да, я поднес ее сумки к двери. Джуил вышла на улицу, завизжала от радости, увидев ее. Затем я вернулся, - начал было Итан.

Слова, что он вернулся, прогнали собственнический порыв ярости. Я стряхнул хватку Бо и прошагал к Итану.

– Что это значит? Ты вернулся?

– Не так быстро. Он не закончил. Не облажайся сейчас, - зарычал Бо, сцепив руки в своих ладонях сзади и притянув меня назад.

Итан потер лоб и нервно сглотнул.

– Слушай, мужик, я не знаю. Я думал, что ты двигался дальше. Я не знал, что ты чувствовал к Лане. Когда я пришел в твой дом в субботу поговорить с тобой о Лане, это был первый раз, я понял, что я совершил огромную ошибку, помогая ей сбежать. Итак, я вернулся. Я собирался это исправить. Она не хотела слушать меня. Черт, я даже не мог произнести твое имя.

– Она была там? Когда ты ездил?- я возвращался в нормальное состояние. Мне нужно было знать. Я должен был ехать к ней.

– Она там. В кондо. Кондо, блок 103. Кива Дьюнз, - крикнул он, и я побежал к двери.

Потом слова из телефонного разговора с Джуил, вернулся ко мне: “В то же время ты мог бы меня навестить. Я хотела бы сделать тебя по-настоящему счастливым. Я буду жить в Кива Дьюнз кондо на западном Пляже. Блок 103. Моя комната находится в самом дальнем углу с видом прямо на воду, вместо окон выходящих на бассейн.” Сумасшедшая сука была не такая уж безумная, в конце -то концов. Я бы поспорил на мою задницу, что это номер Ланы. Джуил пыталась сказать мне, пытаясь не выдать Лану. Бо был прав. Лана была очень осторожна с теми, кому она позволяет приблизиться. Джуил, однако, была сногсшибательным лжецом. Я полностью поверил ей. Проделки тупой блондинки сбили меня с толку. Я дотянулся до двери грузовика и понял, что мои руки тряслись. Я знал, где Лана. И я собирался вернуть ее обратно.

– Сойер, погоди!
– позвал Бо. Я повернулся, чтобы взглянуть на него. Он пробирался ко мне.

– Что? Я должен идти.
– Я не хотел говорить об этом с ним. Я просто хотел найти Лану.

– Хочешь я поведу?
– спросил он с обеспокоенными морщинами на лице.

– Нет, я хочу попасть туда. Сейчас.

Бо вздохнул.

– Я понимаю, что ты хочешь найти ее. Но будь осторожен. Она будет там, когда ты туда доберешься.

Когда это мой злобный брат начал беспокоиться за мои водительские навыки?

Встряхнув головой, я распахнул дверь моего грузовика.

– Я должен ехать.

Бо отступил назад, как я захлопнул дверь и завел двигатель, мое сердце тревожно колотилось в груди. Я знал, где она была. Я, наконец, нашел ее.

Лана

Друзья Джуил начали подтягиваться к семи. Солнце еще не зашло. Я игнорировала их, большей частью, когда я закончила нарезать моццареллу и помидоры для салата. Прошлой ночью Джуил подцепила какого-то местного парня, который был в группе. Я боялась, что они все вместе соберутся и в конце-концов въедут сюда до конца дета. Джуил уже крутилась около вокалиста. Она любила тату и пирсинг, а у него их было с лихвой. Если он переселится в ее спальню, туда же переселится и вся его рок-группа. Как бы сильно я не хотела возвращаться в Альфаретту раньше чем надо, я не была вверена, что вынесу жизнь по соседству с рокерами.

– Ну, Здравствуй. Как же я скучал по тебе прошлой ночью? У меня есть безумные мысли о рыжих.

Я взглянула вверх, чтобы увидеть одного из тех самых рокеров, облокотившегося на бар и пялящегося на меня

– Проваливай, - ответила я и вернулась к приготовлению салата. Сегодня вечером, я буду снова есть в своей комнате. Они появлялись снова и снова. Не то, чтобы я жаловалась. Я остановилась здесь бесплатно.

– Сварливая. Я люблю сварливых рыжеволосых. Они грязно разговаривают в постели и делают плохие вещи, которые сводят меня с ума.

Шлепнув ножом о барную стойку, я бросила на него свирепый взгляд.

– Я думаю, что я просто промолчу. Отвали. Меня это не интересует.

Его губы искривились в улыбке. Был ли этот парень серьезен? Он высунул свой язык и показал мне его, демонстрируя металлический стержень пирсинга. Не удивительно. У него был пирсинг в брови и в одной губе.

– Вот оно что, кошечка. Покажите мне ноготки, детка. Сладкая киска, киска, - сказал он веселым голосом.

ФУ!