– Быстро идет. Через пять минут здесь будет.

На наблюдателя махнули рукой, чтобы замолчал: из-за его крика могли пропустить сообщение. Как раз с этого сообщения новости и начались. К удивлению Роберта Ильхановича, сообщалось о двух погибших, полковнике полиции Агададашеве и его водителе, и об одиннадцати пострадавших, среди которых было три офицера полиции. Про полицейских Бийтулла сказал мурзе. Но он же заверил, что из посторонних никто не пострадал. Арсланбеков тогда еще подумал, что полиция все равно припишет взрыву жертвы среди мирного населения. Но чтобы сразу столько – этого даже он предположить не мог. Ну, скажут об одном, в крайнем случае о паре человек, получивших осколочные ранения. Взрывное устройство было фугасного типа, безосколочное, но осколки могли отлететь от машины, которую прилично разорвало. А тут речь шла сразу о восьми, среди которых был ребенок – девочка семи лет, играющая неподалеку с мячом. Или что-то журналисты, как обычно, напутали, или МВД дает неверную информацию. Мурза верил своему помощнику и заместителю Бийтулле. Если тот сказал, что жертв среди посторонних нет, значит, их быть не могло, Бийтулла не из тех людей, которые обманывают. Перед тем как отправить его на задание, Роберт Ильханович долго консультировал Бийтуллу и строго-настрого предупредил: если рядом будут люди, взрыв не производить, пусть лучше полковник останется жив. А тут передают даже о пострадавшем ребенке. Это сообщение было особенно тревожным для обладателя трубки Ваапа Эбзеева. Там, перед зданием министерства, находились его жена и дочь с мячиком, который, по замыслу, закатится под машину, куда девочка должна была поставить мину на магните. Просто вытащить из сумочки и приложить к любой железяке. Дочь сообразительная. Она только ростом в отца пошла – маленькая, и выглядит на два-три года младше, чем на самом деле. Девочка занимается художественной гимнастикой и с мячом может делать все, что ей захочется. Куда захочет, туда и направит мяч. И вдруг сообщают, что пострадал ребенок с мячиком, – как Ваапу не заволноваться?

Конечно, сообщили по радио и об организаторе взрыва. Найденный в машине лист с изображением Чингисхана являлся фирменным знаком Арсланбекова, своего рода автографом, поэтому сразу прозвучала его фамилия. Сомнений у полиции не было. Но у джамаата оставались сомнения относительно жертв.

Развеял их Бийтулла. Когда ему сообщили, что передают по радио, Казанлиев даже рассмеялся и замотал кудлатой головой.

– Я же вплотную подходил. Портрет Чингисхана в машину положил. Никто больше не пострадал. А ты, Ваап, не думай. Лучше позвони жене и поблагодари ее от нашего общего имени. Отлично сработали. Какая молодец твоя дочка! Никакая там девочка не пострадала. Врут они. Там вообще посторонние не пострадали. А твои жена с дочерью еще до взрыва за угол повернули и ушли. Я сам видел. Ты позвони, поблагодари…

Ваап вопросительно посмотрел на мурзу. Роберт Ильханович согласно кивнул, разрешая. Он вообще-то не любил, когда кто-то часто домой звонит, но здесь случай был особый. Ваап позвонил, убедился еще раз, что с его женой и дочерью все в порядке, и поблагодарил их не от имени всего джамаата, а от имени одного Роберта Ильхановича. Жена Ваапа – его ученица и очень уважала Арсланбекова и как человека, и как учителя.

После этого мурза позвал Ваапа к своему костру и, когда тот подошел, сказал:

– Ты у нас лучше всех в электронике разбираешься. Скажи мне… Вот некоторые полевые командиры выставляют в Интернет какие-то свои обращения. Я сам когда-то, еще в школе, смотрел, как Доку Умаров выступает. Как это делается?

– Записывается обращение. Простая видеозапись. Потом выставляется. Обычно в You Tube. Это сайт такой, специально для видеосюжетов. Нужно зарегистрироваться, и можно любой сюжет выставлять, – пояснил Ваап.

– А технически это сложно? Что для этого нужно?

– Компьютер нужен. Выход в Интернет нужен. В наших условиях это нереально, мурза.

Роберт Ильханович недовольно поморщился. Ваап же на несколько секунд задумался, потом передернул плечами, словно сам себя поправил, и продолжил:

– Хотя почему же нереально. Вместо компьютера можно смартфон использовать. Он и запись может сделать с хорошим качеством. Только хорошие смартфоны стоят недешево.

– Сколько?

– Около тридцати тысяч. Может быть, и чуть дороже. И сразу, наверное, на счет тысяч пять положить надо. В Интернете работать, закачивать видео – это не пара минут разговора.

Роберт Ильханович долго не думал. Это были не слишком большие деньги, хотя и не малые. Его жизнь и работа из-за границы не оплачивалась, и приходилось экономить.

– А дешевле бывают?

– Бывают. Только дешевый и работает медленно, и качество не такое. Больше денег во время перекачки потратишь. И гарантии никакой, что будет долго работать. Все дешевые делаются в Китае, качество известное.

– Согласен. А где купить можно? В Махачкале?

– В Махачкале точно можно. Там и sim-карту можно купить. В хороших смартфонах они особые, маленькие. Так и называются – mikro-Usim, – обрадованно ответил Ваап, понимая, что ему светит возможность еще раз навестить семью.

– Хочешь в Махачкалу еще раз съездить? – Мурза вытащил из кармана деньги, отсчитал сорок тысяч и вручил Эбзееву. – Поезжай. Если сможешь, узнай, как правильно запись выставить. Приедешь – мы все с тобой сделаем. Я не позволю ментам на меня и на всех нас лишнее наваливать. Завтра к утру вернуться сумеешь? Или хотя бы к обеду…

– Скорее к обеду, мурза.

– Прямо сейчас и отправляйся. Я жду твоего возвращения. Время не терпит…

Но еще до того как вернулся Ваап, Роберту Ильхановичу снова позвонил подполковник Асхатов из МВД республики:

– Роберт Ильханович, я так понимаю, что вашей милостью стал активным соучастником террористического акта?

– А был ли террористический акт? – резко ответил Арсланбеков.

Подполковника эта резкость не смутила:

– Согласно сводке МВД, был.

– Надо голову оторвать тому писателю, который у вас сводки пишет. И давно уже пора…

– Тем не менее это уже зарегистрированный факт.

– Зарегистрировать было возможно только факт гибели полковника Агададашева и его водителя. А все остальное – беллетристика.