Охотник с интересом рассматривал меня, пока я изучала внутреннее убранство Божьего храма. На полу кое-где сохранились бело-черные квадраты плитки, а вот стены выглядели хуже: от былого великолепия остались только едва различимые контуры блеклых фресок. Потолок и вовсе местами обвалился, став похожим на огромное сито, небо - подсвеченное алыми всполохами заката – заглядывало сквозь щели внутрь здания.

– Приятно, наконец, лично познакомиться с такой знаменитой вампиршей, - охотник воспользовался тем, что остальные отвлеклись на приготовление церкви к свадьбе (надо было расчиститься пол от останков крыши и привести в порядок алтарь) и подошел ко мне.

– Жаль не могу сказать того же, - пусть внешне он и казался дружелюбным, я никак не могла расслабиться в его присутствии.

– Я – Игорь, - лучезарная улыбка снова осветилась его лицо. – Можешь думать, что хочешь, но я из тех, кто голосовал за перемирие с вампирами.

Ему не удалось развить мысль, так как в этот момент меня окликнула Ксюша: пришло время облачиться в подвенечные платья.

…Нервно поправив фату, я повернулась к девушке. Сегодня мне как никогда не хватало зеркала. Пожалуй, впервые за свою будущность вампиром я сетовала на его отсутствие.

– Как я выгляжу? – спросила у Ксении.

– Потрясающе. А я?

Мы с Ксюшей были вынуждены переодеваться в тесной каморке, предназначение которой осталось для меня загадкой. Солнце зашло, и единственным источником света служил небольшой огарок свечи, что примостился на кривом подоконнике.

Остальные ждали в главном зале. Лишь Оксане было позволено беспрепятственно посещать нас. Но как раз сейчас мать Ксении ушла, узнать все ли готово к нашему выходу.

Внезапно огонь свечи задрожал, точно мимо кто-то прошел, вызвав движением сквозняк. Ксюша полностью погрузилась в последние приготовления к свадьбе и ничего не заметила. Я подошла к окну, легла животом на подоконник и выглянула на улицу. При виде тени неподалеку от церковной стены еле сдержала рвущейся наружу крик ужаса. Понадобилось несколько секунд, чтобы узнать неожиданно визитера и немного успокоиться.

Вампир жестом попросил меня выйти к нему. И хотя сейчас меньше всего хотелось выяснять отношения, отказать я не посмела, помня о том, как полезен нам в самое ближайшее время может быть Андрей.

Бросив через плечо: «скоро вернусь», я выбралась на улицу прямо через оконный проем.

– Зачем ты здесь? – спросила я, отбросив на спину норовящую упасть на глаза фату.

– Допустим, я осознал всю степень мерзости своего поступка: бросить тебя в такой момент, когда Грэгори буквально дышит вам в спину – вряд ли я когда-нибудь смогу этим гордиться, - пока Андрей говорил, его внимательные глаза изучали меня сантиметр за сантиметром. – Превосходно выглядишь! – не удержался он от комментария. – Позволишь мне проводить тебя к алтарю?

Вампир протянул руку, но я не торопилась вложить в неё свою. На ссоры не было сил, впрочем, как и желания. На самом деле, я давно его простила. Просто так уж вышло, что именно в эту минуту вдруг осознала, что являюсь католичкой, а Влад – христианин. Как об этом можно было забыть? И по какому обряду мы собирались венчаться?

Андрей воспринял мою нерешительность, как отказ принять его оправдания.

– Что еще я должен сказать? Я готов извиняться хоть тысячу раз. Ты привязала меня к себе. Видит Бог, я хотел уйти и не раз, но ты меня не отпускаешь.

Он собирался продолжить акт покаяния, но я перебила:

– Я и не думала злиться или обижаться. Скорее, это мне надо просить прощения, - подойдя ближе, я обняла названного брата, почувствовав, как огромный груз упал с плеч. – Но мне надо решить одни вопрос и тогда я смогу ответить на твой.

Подобрав юбки, я устремилась к главному входу в церковь. Андрей шел следом и нес шлейф платья. Для полной идиллии не хватало только маленьких девочек, бросающих лепестки роз нам под ноги.

Моё появление в церкви прошло не совсем так, как было запланировано. Стоило войти, как головы всех собравшихся повернулись в нашу сторону. Ксюша уже успела присоединиться к остальным и теперь со смесью удивления и трепета смотрела на Андрея.

– Гляжу, у нас еще гости, - лицо Влада окаменело, но его реакция была менее бурной, чем у Глеба. Последний схватил лежащую на алтаре винтовку и направил дуло в грудь вампира.

– Он мой гость! – заявила я громко и четко. Эхо подхватило мои слова и многократно размножило.

– Пусть остается, - неожиданно за Андрея вступился Виктор. – Не стоит портить такой важный день.

Не успел старый охотник договорить, а накал страстей заметно спал, словно кто-то открыл клапан и выпустил пар. Конечно, Глеб и не думал убирать винтовку, Ксюша всячески сторонилась вампира, а Влад продолжал негодовать, но все эти эмоции притихли, как магнитофон, на котором убавили звук.

Оставив Андрея одного посреди зала, я направилась к священнику, решить мучающий меня вопрос. Пришлось долго объяснять, что именно меня смущает в предстоящем обряде. И пусть я не была никогда рьяной католичкой, изменять своей вере сейчас отчего-то не было желания. Не последнюю роль в этом сыграла довлеющая над нами опасность близкой смерти. Я не вела праведный образ жизни, мало уделяла времени духовному, но на пороге возможной гибели не хотелось окончательно портить отношения с Богом. Вдруг для меня еще не все потеряно?