— Капитан, это линейный крейсер русских «Громовой». Новейшая модификация. Аналогов ему нет ни у одного флота Лиги. Похоже, нам конец, — упавшим голосом протянул навигатор, зачитывая полученные данные.

— Заткнись! Еще ничего не кончилось, — зарычал Максвелл, хватаясь за саблю. — Им нужны заложники, и до тех пор, пока они у нас на борту, нам есть, о чем торговаться.

— Как скажете, капитан, — ответил пират, испуганно вжимая голову в плечи.

— Связь, — потребовал Максвелл.

— Они не вызывают, капитан, — быстро ответил связист, протягивая ему гарнитуру.

— Дай те частоты, на которых они требовали остановиться.

Быстро переключив пару включателей, связист чуть тронул рукоять настройки и, повернувшись к Максвеллу, кивнул.

— Атакующий корабль. Вы напали на мирное судно. Ваши действия подпадают под действие закона о пиратстве, — начал было Максвелл, но договорить не успел.

— Пасть захлопни, мразь, — раздалось в ответ. — А теперь слушай меня внимательно. Ложись в дрейф, заглуши двигатели и приготовься к досмотру. Имей в виду, один, даже случайный, выстрел в нашу сторону, и я твое корыто на атомы распылю. Выполняй.

После этого связь прервалась. Не ожидавший такого Максвелл растерянно покрутил в руках гарнитуру и, собравшись с мыслями, приказал:

— Еще раз связь.

Связист покорно нажал кнопку вызова.

— Ты чего-то не понял? — снова раздалось в наушнике.

— Я все понял. А теперь ты меня послушай, вояка долбаный. У меня на борту члены Совета Лиги и почти сотня детей. Если хочешь увидеть, как их отправляют за борт, продолжай мне хамить. А если нет, то заткнись и слушай внимательно.

— Это ты заткнись. И помни, от смерти тебя спасают только они. За каждого из этих людей я прикажу казнить двух твоих подонков. И казнь я придумаю такую, что прогулка за борт будет казаться вам мечтой. Здесь десяток имперских «драконов» и рота «медведей». Выводы делай сам.

— Я предлагаю обмен. Вы забираете половину заложников и называете место, где мы сможем оставить остальных. Мы их высадим — и уйдем. Потом вы заберете оставшихся, — быстро предложил Максвелл.

— Торга не будет. Ты сдаешься и отправляешься под суд. Если хоть один заложник гибнет, будет уничтожен весь экипаж вместе с кораблем, — категорично отрезал говоривший.

— И вы уничтожите нас вместе с оставшимися заложниками? Не верю. Вам потом всю жизнь будет не отмыться. Или вы мечтаете о славе палача? — зло рассмеялся пират.

— Начав убивать, вы уже не остановитесь. Так что мне нет смысла соглашаться на твои условия. Сдавайся или пожалеешь.

— Но ведь еще никто не погиб. Так может, договоримся? — продолжал упираться Максвелл.

— Я же сказал, Максвелл, торга не будет. Мы знаем, кто ты, знаем, что ты сделал, и даже знаем, зачем приходил сюда. Так что выбора у тебя просто нет. Или сдаешься, или подыхаешь вместе со всем своим экипажем. У тебя десять стандартных минут. Потом открываем огонь.

— Эй, что значит огонь?! А заложники? — растерялся пират.

— А ты ничем не подтвердил, что они вообще живы. Так что я исхожу из мнения, что они уже погибли.

— Дайте мне время, и я докажу, что они все живы и здоровы, — быстро ответил пират.

— У тебя десять минут, — повторил говоривший и снова отключился.

— Капитан, это не шутка. Нужно сдаваться, — севшим голосом прохрипел связист, лучше всех расслышавший ультиматум.

— Притащите сюда того гуся из Лиги, — быстро приказал Максвелл, лихорадочно ища выход из положения.

— Не успеем, капитан. Туда спускаться только минут пятнадцать, — пролепетал навигатор.

— Ложимся в дрейф, — мрачно приказал Максвелл, сообразив, что другого выхода нет.

— Абордажной команде отбой? — осторожно спросил помощник капитана.

— Все в трюм. Дождемся, когда они поднимутся на борт и увидят заложников, а потом продолжим торг, — решительно ответил Максвелл.

— Капитан, это неразумно, — попытался остановить его навигатор.

— Делайте, что говорят! — рявкнул пират, снова хватаясь за оружие.

Понимая, что в таком состоянии он запросто может зарубить любого, пираты бегом покинули рубку, успев только переключить все узлы управления на торможение. Взяв с консоли гарнитуру внутренней связи, Максвелл подумал и, собравшись с мыслями, на весь корабль объявил:

— Всему экипажу спуститься в трюм к пленным. Игра еще не закончилась, парни. И торг только начинается.

Убедившись, что автоматика заглушила двигатель и начинает торможение маневровыми дюзами, Максвелл тяжело вздохнул и, выйдя из рубки, отправился в трюм.