Боже, иногда он такой душка.

— А Брэден — храбрый мужик. Надо будет поставить ему пинту пива, когда вернемся.

Энди хмыкнул рядом:

— Пинта для солдата, уходящего на войну.

Плечи Кэма дрогнули.

— Именно.

— Для генерала, изучающего поле боя и логикой сражающегося с нелогичным противником.

— Ага.

— Для воина, который вот-вот войдет в пещеру дракона.

— Точно.

— Для…

— Ладно-ладно, весельчаки, — перебила я. — Рядом с чувством юмора Маккейбов морской ветер для осушения слез уже не нужен.

Мы почти догнали Коула, Лену и Брин. Энди одарил меня ехидной усмешечкой и, повернувшись к Кэму, расцвел широкой улыбкой:

— Эту, сынок, не упускай.

— Привет, красавица! — Знакомый низкий голос заставил меня поднять голову от письма, которое я засовывала в конверт.

Встретившись взглядом с Малкольмом, стоящим в дверях приемной мистера Мейкла, я улыбнулась. Как обычно, он был воплощением лоска и блеска в дизайнерском костюме. Мое сердце забилось чуть быстрее от его ласковой улыбки.

— Малкольм!

Его темные глаза засветились, и он не спеша прошел в приемную ко мне.

— Так приятно тебя увидеть.

Я на секунду застыла от неловкости, решая, что мне делать и как теперь его приветствовать. Малкольм остановился по другую сторону моего стола, вопросительно подняв брови.

Увидев его имя в списке посетителей на сегодня, я почувствовала, как у меня внутри все всколыхнулось. Наша переписка продолжалась, но впервые с момента разрыва мы должны были встретиться лично. И вот он стоит предо мной, а я не знаю, как реагировать.

Чуть посмеиваясь над собственной мнительностью, я встала и обошла стол, протягивая руки. Малкольм немедленно заключил меня в крепкие объятия, и я обняла его в ответ, удивляясь тому, насколько рада его видеть. Однако мне пришлось отодвинуться, когда его руки медленно поползли вниз по моей спине. Я вспыхнула, виня себя, что подпустила Малкольма так близко, чтобы ему пришло в голову прикоснуться ко мне с не совсем дружескими намерениями.

Прошло почти две недели с той субботы, проведенной с родителями Кэма, и в целом мы с Кэмероном встречались уже больше полутора месяцев. Вроде бы не слишком долго, но мне казалось, будто так было всегда. И уж конечно, этого времени оказалось достаточно, чтобы понять: такое тесное взаимодействие с другим мужчиной обязательно приведет моего парня в ярость.

— Прекрасно выглядишь. — Я одарила его еще одной быстрой улыбкой, чтобы смягчить свое внезапное бегство из объятий.

— Ты тоже. Я так понимаю, у тебя все хорошо?

Я кивнула и уселась обратно на свой стул, глядя на него с искренним интересом:

— А как ты?

— Да хорошо. Ты же меня знаешь.

— Как твоя одинокая мать одного ребенка?

Он сухо усмехнулся:

— А, там кончено. Мы совсем не подходим друг другу.

— О, печально слышать.

— А Кэмерон?

Мои щеки опять запылали, и мне пришлось заставить себя посмотреть ему в глаза:

— У него тоже все хорошо.

— По-прежнему заботится о тебе? — нахмурился Малкольм.

— Да.

— Славно. — Он выдохнул сквозь сжатые губы, оглядываясь вокруг и, видимо, пытаясь вести себя непринужденно. — Я так понимаю, он познакомился с Коулом и твоей мамой?

Вот черт. Еще больше вины навалилось на меня, и к ней прибавилась паника: я обнаружила, что не могу выговорить ответ. Ведь если я скажу, что Кэму больше известно о моей жизни, чем я когда-либо позволяла узнать Малкольму, то раню бывшего парня еще глубже.

Мое молчание, видимо, говорило за меня. Взгляд Малкольма затуманился.

— Я так понимаю, это значит «да».

— Малкольм! — прогремел мистер Мейкл, распахивая дверь своего кабинета. — Джоан не сказала мне, что вы уже здесь. Заходите, заходите.

Впервые я мысленно возблагодарила своего сурового начальника. Он спас меня от необходимости отвечать на страдальческую гримасу на еще дорогом мне лице.

Все время, что Малкольм провел в кабинете Мейкла, я наблюдала за дверью, как ястреб, кусая губу и качая ногой в ожидании его появления. Двадцать минут я готовилась к его реакции, а он вышел в приемную, мило улыбнулся и сказал, что скоро со мной свяжется. И ушел.

Напряжение покинуло меня, и я обмякла на своем стуле.

— Джоанна!

Я резко повернулась, удивленная не только тем, что мистер Мейкл правильно произнес мое имя, но и тем, каким ядовитым, даже для него, тоном он это сказал. Босс стоял в дверях кабинета, сощурившись на меня. На лице его отражалась крайняя степень недоверия.

— Сэр?

— Вы расстались с Малкольмом Хендри?

От неуместности вопроса я сжала кулаки, так что ногти впились в ладонь, про себя костеря Малкольма на чем свет стоит.