В полутора тысячах километров от вечнобелого континента на борту атомной субмарины «Посейдон» готовились к старту высотной антиракеты «Гарпун». Подводная лодка подвсплыла на глубину тридцать метров и зависла в холодной зеленоватой толще воды. Капитан «Посейдона» застыл у рации.

— Примите коды для запуска, — раздалось из динамиков, и спустя некоторое время из пасти регистрирующего устройства выполз лист бумаги с несколькими строчками букв и цифр.

Старший помощник отпер сейф, вскрыл опечатанный пакет, и капитан сравнил полученную информацию с той, что была в пакете. Старший помощник перепроверил результат и кивнул — коды совпадали.

— Примите время старта, — снова ожила радиостанция, и еще один лист лег на пластиковую поверхность стола.

— Через десять минут, — сказал капитан. — Вводите данные в компьютер.

Более вмешательства людей не требовалось. Через десять с небольшим минут субмарина вздрогнула. Воздух, сжатый до сотен атмосфер, как пробку вытолкнул ракету из шахты. Пробив толщу воды, «Гарпун» взлетел над ее поверхностью на пятьдесят метров.

Антиракета почти остановилась и начала крениться, но двигатель первой ступени, включившись, поддержал ее огненной рукой и, быстро разгоняя, повел на встречу с неприятелем.

Процессор на борту боеголовки не видел старта «Гарпуна» — его кругозор ограничивался ближними подступами, но на то и было на боеголовке семь, а не пять самостоятельно разделяющихся единиц, чтобы исключить случайности.

Боеголовка достигла наивысшей точки высоты полета. Теперь Земля расстилалась под ней на расстоянии трех с половиной тысяч километров. Скорость упала. Процессор проверил работу автоматов управления дальностью полета и стабилизации и включил двигатель коррекции орбиты. Произведя эти действия, он отстрелил — одну вертикально вниз, другую прямо по курсу — две «лишние» болванки, ложные цели, испускающие мощное радиоизлучение. Так, на всякий случай.

«Случай» — антиракета «Гарпун» — с огромной скоростью пожирала пространство, стремительно приближаясь к боеголовке. Как и всякое устройство, напичканное электроникой, она была в чем-то дурой, и двигал ею не разум, а лишенный гибкости мышления инстинкт гончей собаки — хватай первое, что движется. Отличить ложную цель от истинной, тем более что обе они располагались на одной линии, она не сумела.

Столкновение «Гарпуна» с болванкой произошло в пятидесяти километрах от боеголовки. Каскад искр и пламени на мгновение расцвел гигантским цветком и тут же погас, схваченный ледяной ладонью космического холода.

Вспышку тотчас засекли на «Посейдоне».

— Цель поражена, — получили сообщение в Лос-Анджелесе.

Оператор жестом хоккеиста, забившего финальную шайбу, вскинул руку:

— Мы сделали ее! Мы утерли русским нос!

— Вы находите, сэр? — осторожно усомнился помощник. — Отметка на экране — это, видимо, обломки?

Оператор бросил взгляд на монитор, и радостное выражение мгновенно сошло с его лица.

— Матерь Божья! — растерянно сказал он. — Она летит! Что же в таком случае мы сбили? Надеюсь, не собственный спутник?

Боеголовка увеличивала скорость. Осталась позади и в стороне Земля Королевы Мод, и прямо по курсу лежал Индийский океан. Локаторы в Лос-Анджелесе, потеряв боеголовку на короткое время на востоке, снова поймали ее в радиосети уже с противоположного конца света — на западе.

— А это не хитрость русских? — спросил помощник, озабоченно просматривая расчеты. — Облететь шарик и ударить с противоположной стороны? Они на все способны.

— Не торопитесь с выводами, — сказал оператор. — Она в пути уже сорок минут и начала снижение. Скоро мы сможем точно сказать, где она упадет.

Выждав еще некоторое время, оператор снова запросил данные от ЭВМ.

— Так, так… — сказал он задумчиво. — Высота, курс, скорость… Странно!

— Что, сэр?

Оператор посмотрел на помощника широко раскрытыми глазами:

— Ущипните меня! Похоже, я сошел с ума!

— Что такое, сэр?

— Она возвращается!

— К нам?!

— Какого черта! Она возвращается к месту старта!

Боеголовка летела домой. Зациклившийся на внутренних данных процессор упрямо вел странницу на камчатскую землю, к Калчам.

Ностальгия. Болезнь-боль. Человек, оторванный от Родины, чахнет и сходит с ума, не в силах прожить без березок и старого дома на окраине деревни. Собака, оставленная хозяином на вокзале, день за днем приходит на перрон встречать поезда в надежде — вот приедет… Гвоздь, выдернутый за ненадобностью из доски, ржавеет и рассыпается в прах. Лишенный части памяти процессор ведет боеголовку в родную шахту. Может, по большому счету, это явления одного порядка?

Боеголовка приблизилась к экватору и пересекла его над островом Суматра. Никто на нее не обратил никакого внимания. В Сингапуре был полдень. Кишели разноязычными людьми многочисленные базары, смуглые красотки зазывали иноземных моряков в уютные комнатки, в джунглях поедало друг друга экзотическое зверье. Все были заняты делом.