Хотя этот ответ не вполне удовлетворил часового, однако он пропустил Карлоса.

Отыскав лестницу, Карлос взбежал на ступеньки с легкостью кошки. Его мокасины производили так мало шума, что, когда он взбежал на террасу, Вискарра не заметил, что больше здесь не один. Деспот, грабитель, похититель, погубивший любимую сестру охотника, находился в шести шагах от ее брата, который пришел отомстить за честь и невинность девушки, в шести шагах от смертоносного дула карабина и ничего еще не знал о том, что ему грозит. Полковник, отвернувшись, смотрел в другую сторону и не видел нависшей над ним опасности.

Не более чем на секунду остановив взгляд на коменданте, Карлос внимательно осмотрел стены крепости: ему надо было убедиться в том, что поблизости никого нет. Двое часовых, занимавшие посты на башнях, стояли таким образом, что не могли видеть террасы, – и больше нигде никого! Карлос получил возможность действовать без помех.

Он мог выстрелить в спину полковника, но эта мысль, придя ему в голову, только мелькнула на мгновение. Он не собирался убивать Вискарру подобным образом: осторожность и благоразумие подсказывали ему употребить нож – оружие молчаливое, удар которого не привлечет ничьего внимания и скорее даст возможность убежать, когда все будет завершено.

Карлос слегка опустил на землю ложу карабина, дуло которого прислонил к решетке. Легкий стук железа о камень заставил полковника резко обернуться – он вздрогнул, увидев ненавистного охотника. В первый момент он вспыхнул гневом, который, однако же, быстро перешел в страх, когда он заметил мгновенную и невероятную перемену в лице охотника на бизонов.

– Кто вам позволил входить сюда? Как вы смели?..

– Тише, полковник, тише! Я не глухой. А вас могут услышать!

Эти слова, произнесенные тихим, решительным и одновременно грозным голосом, парализовали гнусного похитителя. Он понял, что человек, стоявший у него перед глазами, руководствовался только отчаянием и не отступится от исполнения своего намерения. Лицо Карлоса ясно говорило ему: «Смерть при малейшем сопротивлении!» В этом еще больше убеждал вид блестящего ножа, который охотник уверенно держал твердой рукой.

Вискарра посинел от ужаса. Теперь он понял, что просьба о помощи была только предлогом, чтобы приблизиться к нему, добраться до него, Вискарры. Значит, следы его обнаружены, преступление известно, виновник установлен, и брат явился отомстить или потребовать удовлетворения. Все ужасы ночного сновидения представились полковнику, перемешавшись со страшной действительностью, вставшей перед его глазами.

Он не знал, что сказать, да и едва ли был в состоянии произнести хоть слово, и только обводил все вокруг блуждавшим взглядом в надежде встретить какую-нибудь помощь со стороны. Он был отделен от своих, окружен серыми стенами и находился лицом к лицу с грозным противником. Он хотел позвать на помощь, окликнуть кого-нибудь, но чувствовал, что это был бы последний крик в его жизни.

– Что вам нужно? – пробормотал он наконец.

– Мне нужна моя сестра.

– Ваша сестра?

– Да.

– Карлос… Я не знаю… Она не здесь… Я…

– Лжете! Она здесь, в крепости. Прислушайтесь: наша собака воет у этой двери. Что это значит?

Карлос указал на дверь нижнего этажа, у которой с жалобным воем вертелся Бизон, словно хотел проникнуть в нее. Солдат пытался отогнать собаку.

Вискарра машинально взглянул по указанному направлению. Он увидел собаку, увидел также солдата, но не посмел позвать его: вид острого клинка парализовал его. Охотник повторил свой вопрос:

– Что это значит?

– Я… я… Не знаю.

– Вы снова лжете: она вошла в эту дверь. Где она сейчас? Говорите же скорее!

– Уверяю, что мне неизвестно. Поверьте мне….

– Вы хотите обмануть меня, но она здесь. Я прошел по всем вашим запутанным следам, и все ваши хитрости потрачены зря. Солгите еще раз – и этот нож вонзится вам в сердце по рукоятку! Она здесь! Говорите же мне, где Розита?

– О! Нет, не убивайте меня. Я все скажу… Она… она… здесь… Клянусь вам, что я уважал ее, не сделал ей ничего плохого! Не воспользовался…

– Негодяй! Ступай же сюда! Стань к стене! Быстро!

Карлос указал место, откуда была видна часть внутреннего двора. Зная, что между повиновением и смертью выбора не было, комендант подошел к решетке.

– Теперь прикажи привести ее сюда. Ты знаешь, кому поручено ее стеречь. Но только спокойно и безо всяких штук, слышишь? При малейшем слове, даже знаке часовому – ты погибнешь! Ну!

– Боже мой! Боже мой! Но если откроется эта тайна, я погиб, обесчещен!.. Пощадите, пощадите меня! Немного терпения – и сестра будет вам возвращена, даже сегодня ночью, клянусь вам!

– Я требую, чтобы мне возвратили ее сию же минуту. Кликни сообщников, пусть они освободят и приведут ее сюда… Скорее! Я сгораю от нетерпения. Промедли еще минуту – и я не отвечаю за себя…

– О Боже! Вы хотите убить меня! Послушайте!.. Остановитесь!.. Ах!

Последнее восклицание было произнесено, однако же, совершенно другим тоном, чем предшествовавшие: это был крик торжества и радости.

Комендант стоял лицом к лестнице, по которой поднялся охотник, а Карлос, глядя в противоположную сторону, не заметил, что на террасе появился еще один человек. Он считал, что они одни с Вискаррой, как вдруг почувствовал, что кто-то сильно схватил его за руку, которую он поднял. Вырвав руку, он быстро обернулся и очутился лицом к лицу с офицером, в котором узнал поручика Гарсию.