Ольга присела рядом с ней и взяла за руку.

– Никого ты сегодня не будешь из себя разыгрывать. Я поняла, что поступаю неправильно. Слишком много прошу от тебя. – Она дотронулась до светлых волос подруги и с нежностью провела по ним пальцами. – Тебе не нужно помогать мне.

– Нет, я хочу помочь! – Мадлен пристально посмотрела Ольге в глаза. – Я сделаю все, как ты скажешь. И не только потому, что ты – моя подруга, но и потому, что не менее сильно хочу избавиться от Марвина. А теперь я тебя внимательно слушаю.

Ольга повернулась и взяла в руки пузырек.

– Это дитилин. Препарат, который используют для того, чтобы временно обездвижить животных.

– Каких именно животных? – усмехнулась Мадлен, но глаза ее при этом оставались печальными.

– Обычных котиков, собачек, волков, медведей и других. Это ветеринарный препарат, – пояснила Ольга. – К сожалению, мне не удалось достать лекарство, предназначенное непосредственно для обездвиживания человека. Поэтому придется воспользоваться тем, что есть.

– Как он действует?

– Порошок нужно растворить в воде и ввести внутримышечно. На животных он начинает действовать через четыре минуты.

– За это время, – заметила Мадлен, – Марвин сам убьет тебя.

– Я введу ему большую дозу. Настолько большую, чтобы он был тотально обездвижен почти мгновенно. Правда, у него могут случиться проблемы с дыханием. А это мне не нужно. Не хочу, чтобы он умер от инъекции.

– Не проще ли сразу в него выстрелить? – Мадлен взяла в руки пистолет. – Сотрешь мои отпечатки перед тем, как им воспользуешься.

Ольга впрыснула в пузырек дистиллированную воду и стала размешивать порошок.

– Я хочу, чтобы он знал, что его ожидает, – сказала она. – Хочу, чтобы он видел, как я прикручиваю глушитель к пистолету, чтобы он мучился оттого, что ничего не может изменить, не в состоянии мне помешать.

– О господи! – воскликнула Мадлен. – Не думала, что ты такая жестокая! Мне страшно находиться с тобой в одной комнате.

– Никто не имеет права покушаться на благополучие моих детей! Именно это я желаю сказать Марвину, перед тем как загоню пулю ему в лоб. Хочу, чтобы он знал, что я убиваю его не за издевательства над собой, а за то, что он посмел угрожать моим дочерям.

– Как в кино, – Мадлен недовольно фыркнула и потянулась за сигаретами. – Сначала пятиминутная проповедь, потом убийство. Не затягивай с монологом, а то действие препарата закончится и тебе придется устроить сафари у него в квартире, потому что бегать он будет быстрее гепарда. А в чем заключается моя помощь? Приложить подушку к голове Марвина?

Ольга бросила ей в руки второй пакет. В нем лежал темный парик.

– Понятно, – заключила Мадлен. – Мне нужно сбить с толку ребят, которые за тобой присматривают.

– Правильно. Наденешь парик, мою одежду и уедешь на «Мерседесе». Повеселишься несколько часов где-нибудь в Сохо. Сходишь в кафе, выпьешь кофе. В общем, мило проведешь время.

Ольга подошла к шкафу и стала выбирать одежду. Она положила рядом с Мадлен темно-синее платье и шляпку, а для себя брючный костюм.

– София сказала вчера, что люди, которые убивают, плохие.

– Значит, я – плохая, – отозвалась Ольга, ставя перед Мадлен босоножки.

– Мы обе плохие.

– Ты еще никого не убила, – возразила Ольга.

– Когда мне было пятнадцать, я столкнула своего пьяного папашу с лестницы. – Мадлен медленно выдыхала из себя дым. – Я прекрасно знала, что делаю. Мне хотелось, чтобы он свернул себе шею. Так и получилось. Я стояла на верхней ступеньке и смотрела, как он падает. Слышала, как ломаются его кости. И никогда не испытывала вину за то, что совершила. – Мадлен усмехнулась. – Да, где ты все это достала? Пистолет, лекарство… Нужно иметь в числе знакомых «крутых» ребят, чтобы прикупить подобное.

– Если тебе понадобится «пушка», только скажи. – Ольга взяла из рук Мадлен сигарету и затянулась. – Мои знакомые могут даже танк достать. Были бы деньги.

Белгравия является одним из самых шикарных районов Вест-Энда, кроме того, одним из самых дорогих. Несколько лет назад Марвин Роуз купил себе в этом районе шестикомнатные апартаменты в двенадцатиэтажном здании. В доме не было привратника, и это обстоятельство очень устраивало Ольгу. Чем меньше людей увидит ее здесь, тем лучше. Хотя те, кто запомнит женщину, входящую в подъезд, неправильно опишут ее внешность. На Ольге был длинный рыжий парик, который абсолютно менял ее облик. Она набрала номер квартиры Марвина на переговорном устройстве и стала ждать, пока ответят. Марвин быстро открыл дверь, и по его голосу Ольга поняла, что он удивлен ее поздним визитом. В лифте она сняла с себя парик и положила в сумку. Нащупала в боковом кармане приготовленный шприц с дитилином и, закрыв глаза, стала глубоко вдыхать воздух, приказывая себе успокоиться. Еще в машине она начала испытывать болезненные ощущения в области лопаток. Сердце бешено стучало в груди, отдавало резкими ударами в спину, отчего было трудно дышать. Руки от напряжения стали влажными, и она с трудом натянула перчатки.