– Марвин будет преследовать меня. Думаю, он уже приставил ко мне своих прихвостней.

– Но он же не всесильный бог. Не может же он контролировать тебя круглосуточно?!

Ольга подошла к окну и посмотрела на дочерей, мирно играющих в куклы на террасе. Она знала, что выполнит любые условия, лишь бы с ними ничего не случилось. И так же отчетливо понимала, что не сможет терпеть издевательства Марвина. В голове крутилось много мыслей о том, как обезопасить себя и детей, но все они казались либо глупыми, либо сложными в осуществлении. Как обмануть Марвина и исчезнуть из города? Или, может, будет лучше, если исчезнет сам Марвин? Ольга легла в кровать и замолчала. Мадлен не мешала подруге думать, вышла из комнаты и направилась к девочкам.

Вечером Мадлен с Софией решили испечь черничный пирог. Кулинарное мастерство Мадлен исчерпывалось разогревом полуфабрикатов в микроволновой печи, поэтому пирог, несмотря на строгое следование рецепту, получился жестким и несъедобным. Отправив его в мусорное ведро, Мадлен весело сообщила, что это был ее последний эксперимент с готовкой, и заказала еду из своего любимого китайского ресторана.

Ольга наблюдала за милой возней в кухне и еще больше утверждалась в мысли, что никому не позволит разрушить их хрупкий мирок. Много лет Кристиан проверял его на прочность, а сейчас это посмел сделать Марвин. Ольга смеялась вместе с Викторией, глядя на то, как Мадлен и София сражаются половниками, и понимая, что не позволит Марвину лишить ее этого тихого счастья.

Наутро Мадлен зашла к Ольге, чтобы узнать, как она себя чувствует, и обнаружила комнату пустой. Кровать была заправлена, шторы опущены. Она села за туалетный столик и задумалась. Потом достала из кармана джинсов телефон и набрала номер Ольги. Та не брала трубку, и это заставило Мадлен нахмуриться. Куда Ольга могла уехать и почему никого не предупредила?

Мадлен готовила детям завтрак и постоянно смотрела на часы, ожидая возвращения подруги. Зазвонил телефон. Мадлен с облегчением вздохнула, однако с ней хотел поговорить другой человек, отнюдь не Ольга.

– Здравствуй, Эдди, – с плохо скрываемым раздражением сказала она в трубку.

– Я не вовремя? У тебя все в порядке?

– Все хорошо, – Мадлен немного смягчила тон, понимая, что Эдди беспокоится о ней. – Я сейчас занята. Меня нет в городе, – соврала она и обернулась, услышав звук мотора. – Все. Позвоню позже.

Выбежав на террасу, она увидела подъезжающий к дому черный «Мерседес». Машина эта еще совсем недавно принадлежала Кристиану, теперь ею пользовалась Ольга. Мадлен молча наблюдала за подругой, вынимающей из багажника пакеты с покупками, затем не выдержала и ехидно спросила:

– Стоило вставать в восемь утра, чтобы ехать в магазин за хлебом и молоком?

– Не хочется мучить свой желудок твоим деревянным омлетом. И невозможно есть китайскую лапшу каждый день, – ответила Ольга и подала один из пакетов. – Сейчас приготовлю нормальный завтрак.

– Почему ты так долго отсутствовала? За это время я успела бы в Эдинбург съездить и вернуться обратно.

На вопрос Ольга не ответила, лишь произнесла фразу, которая заставила Мадлен в недоумении остановиться.

– Вечером мне понадобится твоя помощь, – сказала она. – Будешь изображать баронессу де Койн.

– Марвин не обманул, когда сказал, что приставит ко мне людей.

– За домом следят? – Мадлен от удивления подавилась сигаретным дымом и закашлялась.

– На кой черт им дом? Следят за мной, – усмехнулась Ольга. – Не понимаю, почему он так яростно не желает меня отпустить?

– Может, он влюблен? – предположила Мадлен. – Не смотри на меня, как на идиотку. Даже такие безнравственные подонки, как Марвин, способны испытывать любовь. Просто у него она выражается в садистской форме. Он не умеет демонстрировать ее по-другому.

– Я должна избавиться от его, как ты мило заметила, «любви».

– Избавиться? – Мадлен затушила сигарету и повернулась к Ольге. – Что ты надумала?

Глаза Ольги зловеще блеснули в полумраке комнаты. Она положила перед Мадлен два бумажных пакета и отошла в сторону. Мадлен дотронулась до того, что был ближе, и тут же отдернула руку.

– С ума сошла?! – Щеки ее побледнели.

– Я абсолютно здорова, – ответила Ольга и повернулась так, чтобы Мадлен видела кровоподтеки на ее теле.

Мадлен вытряхнула из пакета пистолет. Следом за ним выпали глушитель, шприц и пузырек с белым порошком внутри.

– Ты считаешь, что это говорит о твоей адекватности? – Она посмотрела на Ольгу и взяла в руку пистолет.

– Я не прошу тебя о помощи. Вернее, просила ранее, но сейчас освобождаю от своей просьбы.

– «Освобождаю от просьбы». – Мадлен бросила пистолет на кровать и прикрыла его подушкой. – Зато я не освобождаю себя от нашей дружбы. Бросить тебя сейчас означало бы предать. – Мадлен потерла лоб и посмотрела на пузырек с порошком. – Рассказывай, почему сегодня вечером я должна играть тебя?