— Опять же он говорил со мной, но ничего более. Как я понимаю, мне следует поблагодарить его за то, что он отвлек старейшину.

Мисс Рид явно настроилась на сенсацию. У Женевьевы сложилось впечатление, что та больше интересуется Чарльзом, нежели Потрошителем.

— А каково реальное участие мистера Борегара в расследовании?

— Это вам нужно спросить у него.

— Я спрошу, — сказала мисс Рид. — Когда найду его.

— Не надо меня искать, Кейт, — окликнул ее Чарльз.

Борегар зашел в приемную несколько минут назад. Женевьева не заметила, как он тихо стоял в углу. Глаза мисс Рид сузились, и она надела пару затемненных очков. Как у всех «новорожденных», ее кожа поражала бледностью, но Дьёдонне показалось, что на щеках журналистки мелькнул легкий румянец.

— М-м-м, — протянула мисс Рид. — Чарльз, добрый вечер.

— Я пришел проведать инвалида, но вижу, что она поправилась.

Чарльз поклонился Женевьеве. Вопросы у мисс Рид неожиданно иссякли.

— Благодарю вас за то, что уделили мне время, мисс Дьёдонне, — сказала она. — Оставляю вас развлекать посетителя. Доброй ночи, Чарльз.

«Новорожденная» упорхнула во тьму.

— И что это было?

Женевьева пожала плечами, и у нее заболела шея.

— Не знаю, Чарльз. Ты знаком с мисс Рид?

— Кейт — моя подруга… подруга Пенелопы. — При упоминании своей невесты — чье лицо, скрытое вуалью, и сдержанно враждебные глаза Женевьева прекрасно запомнила — Чарльз помрачнел и покачал головой. — Может, она говорила с Пенелопой, — предположил он. — И тогда уже сделала больше, чем я.

Несмотря на свое обыкновение не вмешиваться в чужие дела, Женевьева заинтересовалась. Она должна была относиться снисходительно к подобным вещам, но в слабости своей питала склонность к глупым сплетням.

— У меня сложилось впечатление, что тебе сегодня днем следовало нанести мисс Чёрчвард визит.

Чарльз криво улыбнулся:

— Ты не одинока в своих впечатлениях, но вмешались обстоятельства. В Сент-Джеймс-парке случилось несчастье.

Неожиданно она обнаружила, что Борегар держит ее за руки, словно проверяя целы ли кости.

— Прощу прощения за чрезмерное любопытство, но в твоей личной жизни есть странность, которая меня несколько удивляет.

— О, неужели? — холодно спросил он.

— Да. Права ли я, предполагая, что мисс Чёрчвард, Пенелопа, находится в родственной связи с миссис Борегар, Памелой, твоей бывшей женой…

Лицо Чарльза не дрогнуло.

— Я бы предположила, что они являются сестрами, но, если вспомнить о мистере Холмане Ханте и мисс Во, ваша помолвка в таком случае согласно английским законам подпадала бы под статью об инцесте.

— Пенелопа — кузина Памелы. Они выросли в одном доме. Как сестры, если можно так выразиться.

— Так значит, ты намереваешься жениться на, так сказать, сестре твоей покойной жены?

Он явно аккуратно подбирал слова:

— Да, именно таково было мое намерение.

— А это решение не кажется тебе немного своеобразным?

Чарльз отпустил ее руки и отвернулся с подозрительно спокойным выражением лица:

— Нет, вполне обычным, как и любое другое…

— Чарльз, я не хотела смущать тебя, но ты должен помнить… в прошлую ночь, в кэбе… не по моей вине у меня возникло… э… определенное понимание твоих чувств к Памеле и к Пенелопе…

Вздохнув, Борегар сказал:

— Женевьева, я ценю твою заботу, но заверяю тебя, в ней совершенно нет нужды. Каковы бы ни были причины моей помолвки, теперь они уже ничего не значат. Как понимаю, из-за недавних событий и не совершенных, мною действий я свободен от обещаний, данных Пенелопе.

— Мои соболезнования. — Она положила руку на плечо Борегару и повернула его так, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Соболезнования не нужны.

— Прошлой ночью я слишком дерзко и легкомысленно отозвалась о Пенелопе. Как ты понимаешь, я была не в себе.

— Тебя чуть не убили, — с чувством возразил Чарльз. — Ты не несешь никакой ответственности за свои слова.

— Тем не менее я сожалею о том, что сказала и подразумевала…

— Нет, — ответил Борегар, прямо глядя на Женевьеву. — Ты была совершенно права. Я несправедливо относился к Пенелопе. Я не испытываю к ней тех чувств, какие должен ощущать мужчина к собственной жене. Я всего лишь использовал ее, чтобы заменить то, чего заменить нельзя. Ей будет лучше без меня. Буквально недавно мне казалось… не знаю, казалось, словно я потерял руку. Словно без Памелы я не целен.