— А физическая сила?

— Мы наделены огромной физической силой, которая увеличивается после обращения в несколько тысяч раз. Чем старше вампир, тем он сильнее. А вот новорожденные мало чем отличаются от людей, потому что в их жилах еще течет человеческая кровь. Так что первые три года вампиру приходиться очень трудно, тем более если он встретит более старшего.

— А как ты так быстро столкнул меня с дороги? — я посмотрела на него. — Я не видела тебя там, потом ты появился так неожиданно!

— Помимо невероятной силы мы наделены молниеносной скоростью, выносливостью и ловкостью. Мы передвигаемся быстрее любого животного и человека. Наша скорость тоже зависит от возраста.

— Чем старше вампир, тем он быстрее, — договорила я.

— Абсолютно верно, — похвалил Дэниэл. — Наше передвижение не может уловить ни один человек! А древним вампирам не приходится бегать, они просто телепортируются.

— Уау, — пробормотала я. — А вы можете чувствовать боль?

— Конечно, — спокойно ответил Дэниэл. — Правда, нам не так больно. Наше кровообращение отличается от человеческого, поэтому мы способны к ускоренной регенерации. Наша кровь циркулирует благодаря сокращениям мышц, а не сердца, которое атрофируется от ненужности. Поэтому у нас невозможно услышать биение сердца, — Дэниэл замолчал, потому что я шла тихо и слушала его. — Будут еще вопросы?

— Почему у тебя всегда менялось настроение? — я снова посмотрела на него, и Дэниэл улыбнулся теплой улыбкой, обнажив белые ровные зубы. Я уже знаю, какой вопрос будет следующим.

— Наша нервная система очень похожа на человеческую, — серьезно проговорил он. — Мы легко поддаемся агрессии и неадекватному поведению. Еще, настроение у нас очень плохое, когда мы голодны, — Дэниэл перешел на шепот. — И развеселить вампира очень просто! — он повернулся ко мне, а я скромно улыбнулась ему. — Ты заставляешь меня злиться и смеяться одновременно.

— Теперь, я хочу узнать о твоих зубах. Разве у вас нет клыков? — сильно смутившись, продолжила я свой допрос.

— Вообще-то они совсем не обязательны нам, — Дэниэл пожал плечами. — Ими пользуются только некоторые. Стоит только почувствовать человеческий запах, и ядовитая слюна накопиться во рту, клыки тут же отрастают, — его слова заставили меня вздрогнуть. — Но можно и отвыкнуть от этого. Мне часто приходится находиться на людях и чувствовать запах, так что я отучил себя от клыков. Но новорожденным клыки нужны обязательно, хотя в первое время с ними приходиться возиться! — его уголки губ растянулись в полуулыбке. Я закусила губу, представляя себе, как у Дэниэла вместо ровных идеальных зубов выступают длинные острые клыки. — Но даже если можешь обходиться от клыков, все равно наши зубы несут опасность для всего живого!

— А для чего вам нужен яд?

— Ядом мы парализуем свою жертву, чтобы она перестала вырываться, так нам будет проще ее убить.

— Еще иногда меня пугает то, как ты внезапно появляешься... — пробормотала я. — Ты как будто из земли вырастаешь. Твоих шагов не слышно, и от этого становится жутко…

— Мы передвигаемся бесшумно, когда очень понадобиться наша бесшумность. А иногда это просто весело, когда ты крадешься за своей жертвой, и она тебя даже не слышит! — задорно прищурился Дэниэл и взглянул на меня. Я была растеряна.

— Еще, мы слышим абсолютно все, — добавил он. — У нас превосходный слух, мы можем услышать биение сердца за несколько километров до появления объекта в поле нашего зрения. И еще у нас обостренное обоняние. Мы можем найти человека по запаху.

— Ты тоже искал меня по моему запаху? — мягко спросила я.

— Нет, я исключительно следил за тобой.

— Понятно, — вздохнула я. Честно говоря, я уже не знала, что еще у него можно спросить. Тут, меня осенило, когда я вспомнила, что в солнечный день Дэниэл не пришел в школу. — А солнце вас убивает?

— Да, убивает по своему… — он слегка нахмурился, а я плотно сжала губы, раздумывая причину его отсутствия в солнечный день. — Сразу хочу сказать, что мы не превращаемся в пепел, — Дэниэл нервно усмехнулся. — На солнце вампир начинает… стареть…

— Стареть? — у меня отвисла челюсть после такого заявления.

— Да. Солнце, как бы это сказать, забирает нашу сверхъестественную силу. Мы становимся, вроде как, обычными смертными людьми, — Дэниэл замолчал на несколько секунд. — Но как я сказал ранее: мы стареем. Только на солнце это происходит гораздо быстрее. Всего через несколько минут сильный и прекрасный вампир превращается в высохшего обессиленного старика, а еще через несколько секунд его тело становится под-стать возрасту вампира. И естественно уже, будучи снова человеком, вампир погибает от старости.

— И с тобой случиться то же самое, если ты выйдешь на солнце, — мои слова прозвучали мрачно.

— Да.

— Ох… — я чуть не упала.

Даже представить себе не могу, если однажды Дэниэл попадет под солнечные лучи, и его… не станет.

— Однажды я пытался покончить с собой… — неожиданно проговорил он.

— Что? — не выдержала я. Его слова привели меня в шок. — Почему?

— Я тебе обязательно расскажу, — спокойной ответил Дэниэл. — Всему свое время. Еще будут вопросы?