– А вы не очень богато живете, – пробормотала она, постучав пальцем по деревяшке журнального столика. – Мебель старая, обои выцветшие…

– Как раз перед вашим приходом собиралась делать евроремонт, – съязвила я, усаживаясь напротив у окна. – Так что у вас стряслось? И каким ветром вас занесло именно ко мне?

– Я нашла ваш телефон в записной книжке моего мужа, – медленно проговорила Зоя.

– Вы имеете в виду ту историю с молодым человеком, из квартиры которого вы выгребли всю мебель и аппаратуру? – уточнила я.

– Да-да, – кивнула Зоя и для наглядности достала из сумочки кожаный ежедневник.

Распахнув его на букве «о», Кургулина продемонстрировала мне страницу розовой бумаги, на которой была написана моя фамилия, дважды жирно подчеркнутая ручкой. Внизу была сделана приписка:

«Охрана. Лучшее из того, что имеется. Плюс частные расследования».

Убедившись, что я ознакомилась с записью, Зоя Сергеевна спрятала органайзер в сумочку и вопросительно посмотрела на меня.

– Это правда?

– Насчет чего?

– Насчет того, что вы – «лучшее из того, что имеется»? – недоверчиво поинтересовалась Зоя. – Мне как-то не приходилось о вас слышать.

– Это означает лишь то, что в вашей жизни не было проблем, которые нельзя решить с помощью официальных органов, – улыбнулась я.

– Ага, – понимающе кивнула Зоя Сергеевна. – А лицензия у вас имеется?

– Не-а, – покачала я головой. – Работаю исключительно на честном слове.

– И как это никто из налогового ведомства еще не заинтересовался вами? – будто бы невзначай обронила Зоя Сергеевна. – Сейчас это быстро делается…

– Вы мне угрожаете?

– Я? – прижала она руки к груди. – Помилуйте, Женечка, как вы могли подумать такое?! Я… я просто хочу, чтобы вы оказали мне услугу.

– Какого рода?

Зоя Сергеевна тяжело вздохнула. Затем подняла на меня тяжелый взгляд и проговорила:

– Найдите убийцу.

– Вашего мужа?

Кургулина недовольно поморщилась, как будто я ляпнула какую-то бестактность.

– При чем тут муж? Да, его действительно убили. Вы, думаю, поняли, что все эти оговорки в средствах массовой информации насчет несчастного случая – для дураков. Пашу застрелили.

– Вот как… Что ж, мне очень жаль. Мы общались с ним так недолго, но…

– Да бросьте вы! – оборвала меня Зоя Сергеевна. – После того, что произошло… ну, вы понимаете… я не могла к нему относиться по-прежнему. Мне абсолютно неинтересно знать, кто укокошил Пашу. Были ли это финансовые разборки, или убийца кто-нибудь из его «голубых» дружков – мне безразлично. Я пришла по другому делу.

– Произошло что-то еще?

– Да, – веско ответила Зоя Сергеевна. – И эта потеря для меня намного чувствительней. В общем… Убит мой близкий друг.

– Любовник? – безжалостно спросила я. – Зоя Сергеевна, давайте называть вещи своими именами.

– Да, любовник! – с вызовом произнесла Кургулина. – А что, разве я не имею права на личную жизнь? При таком-то муже?!

Я пожала плечами. Мол, вам виднее, а я вам, госпожа Кургулина, не судья.

– Это произошло вчера вечером, – медленно проговорила Зоя. – Я была в казино вместе с Сашей, решила немного развеяться. И вот…

Она тяжело вздохнула и, прервав фразу, оглянулась по сторонам.

– У вас нет водки? – спросила она с надеждой. – Грамм сто пятьдесят?

– Только коньяк.

– А, впрочем, не надо, – махнула рукой Зоя. – Все равно не поможет. Да и потом лекарства мои… Ну, это все неважно.

«Саша, – напрягала я воображение, – тот самый молодой человек, который менял жетоны».

Да-да, они вышли из казино порознь – сначала Зоя Сергеевна, не желавшая в компании любовника «светиться» перед Верой и ее женихом, потом Саша, которого вывели через служебный вход.

– И вот судьба разлучила нас навеки.

Несмотря на весь мелодраматизм этой фразы, Зоя Сергеевна казалась искренней в своем горе. Она старалась держаться сухо, по-деловому, но ее внешний вид давал знать о навалившихся переживаниях – под глазами мешки, неразглаженные морщины, какой-то отсутствующий, блуждающий взгляд.

– Вы давно были знакомы с ним?

– Около года. Я приметила Сашу в баскетбольном клубе, который опекает наша фирма. «Шефы» – так это называлось раньше.

– Да-да, я помню.