– Пусть на небесах ему будет лучше.

Виктория подошла к нему и прижалась щекой:

– Держись. Представь, что он просто куда-то уехал, ведь он так тебе и говорил.

– Спасибо, я постараюсь, – мужественно выдавил Стас. – Мы не догадывались, а он фактически спас нас. Ума не приложу, почему он не признался, почему не открыл правду? Наверное, на то были свои причины, о которых нам не суждено узнать.

– А надо ли? – спросил Райс с искренним сочувствием. – Помни его таким, каким он был. Тебе повезло, что ты не увидишь, как его тело гниет в гробу, он останется в твоих воспоминаниях нетленным.

Настенька сидела неподвижно и внимала каждому слову. В какой-то момент она устала слушать горькие речи и встрепенулась:

– Прекратите, ребятки! Своими переживаниями мы каждого заживо хороним. Я понимаю, больно это все слышать, но не стоит так грустить. И у меня невосполнимая утрата – я потеряла Макара Андреевича, он был мне как второй отец. Но я не буду убиваться, считая себя виноватой в его смерти. Давайте переключимся на что-нибудь более оптимистичное.

Друзья промолчали, но ее призыв подействовал на всех отрезвляюще, о грустном больше не хотелось говорить. Райс перешел к обсуждению своих планов:

– Настасья станет моим учеником, равным коллегой и партнером, тем более как раз место освободилось. Когда нам наскучат наши пенаты, мы оставим их и отправимся, куда глаза глядят. Я бы не хотел повторяться и посещать открытые измерения, часто они бывают не очень привлекательными и там уже рыщут подлые инквизиторы. Представьте себе, где бы я ни появился, спустя какое-то время там появляется инквизиция. Они словно идут за мной, оставляя следы в каждом измерении. Я ускользаю, а они тут как тут, приземляются и пускаются в поиски. Это бесконечная игра в кошки-мышки. Но все-таки, Настенька, есть несколько измерений, в которых тебе обязательно стоит побывать. В одном царит полная анархия, делай что хочешь, и за это тебе ничего не будет. Я провел там неделю и не встретил ни одного полицейского. Поразительно, но живут там вполне мирно: ни убийств, ни грабежей – все подчиняются неписаному нравственному закону, сидящему в каждом туземце. А я, как чужеземец, не обремененный данным природным свойством, мог вытворять все, что заблагорассудится, и никто бы меня не арестовал. Тюрьмы там не предусмотрены, их как социального образования нет в наличии. Лафа, рай для преступных элементов! Но я не последний мерзавец во Вселенной, поэтому не злоупотреблял данными обстоятельствами. За более наглыми подонками охотилась, кто бы вы думали? Естественно, наша доблестная инквизиция. Там их миссия была по-настоящему благородной, а местные жители жили и не тужили, не понимая, что происходит.

– Люди высоконравственны сами по себе? Быть не может, – засомневалась Вика.

– Не веришь? Полетели с нами, – предложил Райс. – А что! Ты не против, Настюш?

– Против! – возмутилась Зитман. – Зачем нам лишняя девка? Не будем мы ее брать, пусть остается со своим хахалем, раз так сильно его любит.

– Я не отпущу ее, – вставил Стас, ревниво покосившись на Райса. – Вика, не верь этим проходимцам. Они использовали нас как последних лохов, заставив через извилистую сеть полных придурков доставить им чертов навигатор. Теперь они сидят, ухмыляются и размышляют о будущих подвигах. Герои! А нам что делать? Пожалуй, лучше просто уйти.

– Скатертью дорожка! – огрызнулась Зитман.

– Похоже, ты говоришь разумные вещи, – согласилась Вика. – Нас банально развели дешевыми трюками, и в итоге они же смеются над нами.

Райс надменно поднялся.

– Подождите, не рубите с плеча, – обратился он к прозревающим молодым людям. – Вы преувеличиваете. Разве вы сожалеете о том, что случилось? Я думаю, что нет.

Виктория насупилась и не ответила.

– А ты, Стас? О какой благодарности ты говоришь, что тебе нужно?

– Ничего, тем более от тебя, – с гордостью заявил Стас.

– Вот видишь, тебе ничего не нужно, а намекаешь на подарок. Я готов предложить тебе деньги. Много денег, сколько пожелаешь! Но ты не возьмешь, у тебя их и так предостаточно. Я не представляю, как отблагодарить тебя. Скажу искреннее спасибо и пожму руку. Давай лапу, не корчи из себя буку!

Стас поколебался, но протянул ладонь. Торжественное рукопожатие состоялось.

– Вика, ты не сердишься на меня? – спросил Андреас надувшуюся девушку. – Ты хотела приключений, не так ли? Они происходят здесь и сейчас, разве не так?

Вика подняла глаза и лениво ответила:

– Эх, Андреас, Андреас! Знаешь же, гад, что я не в силах на тебя долго обижаться.

– Замечательно! По-моему, мы все оказались в выигрыше, – победоносно заключил гастролер. – Ты, Стас, обрел Вику, а ты, Вика, обрела Стаса. Вы принесли мне навигатор. Настя нашла меня, и мы улетаем – все счастливы, вам не кажется? Так и есть, и не надо спорить.

– Ты складно рассуждаешь, – заметил Стас. – Что ж, миссия выполнена, все довольны. Мы, пожалуй, пойдем.

Не успели они подняться, как шаткая выходная дверь с треском распахнулась, и на пороге появились разгневанные тени с оружием. Стволы были направлены на собравшихся.

– Стоять на месте! Руки вверх! – скомандовал усатый исполин.

Ошарашенная Вика от испуга выронила бутылку с водой, которая с грохотом упала на пол.

– Вечеринка окончена, – резюмировал он. – Руки, я сказал!

Застигнутая врасплох компания безоговорочно выполнила приказ.

– Разрешите представиться: капитан Мурский, – рявкнул суровый мужчина и манерно склонил голову.