– Инквизиторы! – крикнула Настя дрожащим голосом.

– Нас нужно знать в лицо, – сказал вошедший следом Флиппер и оскалился.

Великолепная четверка растерянно смотрела на служителей правосудия. Только Райс, казалось, был готов к внезапному появлению врага и поэтому выглядел достойно.

– О, какие важные люди! – воскликнул Мурский. – Вот мы и оказались лицом к лицу, неуловимый Андреас. Ты рад нашей встречи?

– Отчасти, – высокомерно ответил гастролер. – Всегда полезно увидеть охотника живьем.

– Охотника? А ты, стало быть, жертва? Неужели возьмешь на себя эту роль? Не думал я, что ты окажешься таким жалким лягушонком. Я представлял тебя мужественным и респектабельным суперменом. Стою сейчас, смотрю и не понимаю: как такой балбес скрывался от нас много лет? Уму непостижимо! Как у него получилось присвоить навигатор, между прочим, государственную собственность? Это отдельная статья, сынок, ты понимаешь?

– Прелестная штучка просто лежала без присмотра, я ее и подобрал за ненадобностью, – объяснил Райс. – И прошу не пудрить мне мозги отдельной статьей. Уверен, мне и одного обвинения будет вполне достаточно, чтобы получить «вышку».

– Соображаешь, – оценил Мурский знание уголовного кодекса. – Видишь, Флиппер, крупная рыбешка на крючке! Ты присутствуешь при историческом событии, о нашем подвиге напишет вся межпараллельная пресса.

– Гаденыш знает, что ему светит, – отозвался Флиппер, – а нас ждет слава!

Мурский громко причмокнул и сказал:

– Вижу, вы без оружия. Опустите руки и присаживайтесь теснее на, места всем хватит.

Пленники застыли как вкопанные.

– Садись, мелюзга! – рявкнул Флип, отчего Настенька взвизгнула и поджала под себя ноги.

Они уселись впритык, кое-как уместившись на тесном сиденье. Ножки дивана задрожали, предупреждая сидящих о зыбкости их положения.

– Вот и славно, – обрадовался инквизитор, наблюдая, как они теснятся. – Вас четыре человечка, почти мертвые души! Флип, будь добр, подвинь мне кресло, я расположусь напротив наших сирот.

Флиппер выполнил приказ, и Мурский сел, не убирая пистолета:

– Славно, очень даже удобно. Мебель у вас антикварная, раритет! Ну да бог с ней, с мебелью. Давайте я вас узнаю поближе, – он уставился на Стаса, затем перевел изучающий взгляд на Викторию. – Если я не ошибаюсь, вы и есть те самые молокососы, каждый раз ускользавшие от нас? А эта пигалица нам известна? Флиппер, помнишь эту крошку?

Младший инквизитор кровожадно уставился на Викторию, будто пронзая ее рентгеновскими лучами, заставив девушку покраснеть и отвести взгляд.

– Не припоминаю, – признался Флиппер.

– Балда, память девичья, – усмехнулся Мурский. – Мы телепортировались на ее кухне, ты сам заехал ей в лоб, отправив в нокаут. Вспомнил?

– О! Смачно тогда вдарил, но не результативно. Повторить?

– Я сейчас тебе повторю, – огрызнулся Пастарьев. – Ты ответишь за нее, урод!

– Михаил Николаевич, он меня злит. Разрешите проучить подлеца! – попросил Флиппер в предвкушении запаха крови.

– Остынь, – остановил Мурский. – Юноша, как и положено, защищает свою избранницу. А ты кто? – повернулся инквизитор на Настю. – Тоже помогала преступнику?

– Я люблю его, и он не преступник!

Инквизиторы в недоумении переглянулись. Флиппер заржал как конь, чуть не выронив пистолет, но Мурский резво успокоил коллегу:

– Заткнись, на твой гогот сбегутся все менты из округи. Ты кто, Жанна д’Арк?

– Меня зовут Настя! – выкрикнула смелая защитница.

Мурский скептически обратился к Райсу:

– Очередная потаскушка? Я наслышан о твоих похождениях, Казанова. Эта цыпочка тебе подходит: глупа и наивна. Хотя другие на тебя и не вешаются.

– Обижаешь! – не согласился Райс. – Помнишь дочку министра? Она была старше тебя по званию, а я соблазнил ее за полтора часа и получил свободу. Только не утверждай, что она была глупа и наивна, – ее карьера сложилась удачно.

– Какая дочка? Ты о ком? – встрепенулась Настя.

– Не бери в голову, золотце, – ответил Андреас. – Это давняя история. Мне пришлось вскружить голову инквизиторше, чтобы спастись. Ничего личного, просто ради самосохранения.

Капитан злобно топнул ногой и нацелил пушку на ухмыляющегося гастролера.

– Хватит! Развели здесь курятник! – крикнул он. – Здесь я задаю вопросы, иначе всех перестреляем раньше времени, вашу мать. Сидеть смирно!

– Хорошо, достопочтенный капитан, не переживайте, – иронично ответил Андреас, – мы будем беспрекословно выполнять любые ваши команды.

– Все шутишь? А я бы на твоем месте призадумался над своей участью. Тебя ждет виселица, приговор подписан несколько лет назад, и наши палачи потирают руки в ожидании праздника.