– Я реально соскучился, – пробасил верзила. – Нехорошо отдыхать в одиночестве, мы как по заказу тебе для компании. Вот повезло, да?

– Я предвидел ваше появление, фрагменты одурманенной интуиции подсказали.

– Тем лучше, – заметил Мурский.

– Гнилое местечко, – оценил Флиппер. – Вонь, помои, но зато никто не услышит.

– Он не будет хулиганить, – пообещал старший инквизитор. – Славный мальчуган, глупостей не натворит. Правда, малыш?

– Я хочу жить! – отчаянно заявил Зуриков.

– В наших краях невозможное возможно, как у вас в известной песне поется. Мотивчик узнаешь? – Мурский оскалил белые зубы. – Тогда напой.

– Издеваетесь? Я не солист отечественной эстрады, чтобы вам концерты устраивать.

– А раньше устраивал, сволочь! – взбесился Флиппер. Он вцепился Зурикову в шею и стал неистово душить бедолагу.

Тот громко захрипел, ноги его подкосились, и обмякшее тело рухнуло на отбросы. Коля ворочался на асфальте, держась за шею. Наконец агония отступила, и смрадный гнилой воздух наполнил легкие. Постепенно он пришел в себя и сел на колени. Тяжело дыша, Зуриков потрогал окровавленный подбородок. Флиппер приготовился ко второму раунду.

– Не спеши, – остановил его порыв Мурский. – Ты словно тореадор, который накинулся на неопытного бычка. Коррида имеет свои правила.

– Что такое коррида, мэтр?

– Как тебе объяснить… Диковатое развлечение испанцев, атавизм Средневековья. Цель – зарезать быка на глазах у многотысячной публики.

– Кровавое зрелище? Это по мне, – констатировал Флиппер и почесал зад. – А что такое атавизм?

– Забудь. Коля, ты в норме?

Пошатываясь, Зуриков принял вертикальное положение и поправил майку, вымазанную кровью и грязью.

– В порядке. Я дистрофик, но жилистый, без хлопот не замочишь.

Мурский щелкнул пальцами и сплюнул Флипперу под ноги:

– Расскажи, что у тебя стряслось? Учти, каждое вылетевшее слово будет использовано против тебя. Никакой лжи!

– Мы раскололи одну скверную бабу, – ехидно вмешался Флиппер. – Она летает в бирюзовых облаках, размахивая пушистыми крылышками, и проклинает земную обитель, столь длительно задержавшую ее перед вратами рая.

– Хорошо излагает, – похвалил Мурский. – Видишь, сынок, какие кадры куем в мастерских правосудия?

Не оценив юмора, Зуриков оставил вопрос без комментариев. Он собрался с духом и демонстративно перешел к делу, не растрачиваясь на пустяки:

– Райс навестил меня и распрощался. Навсегда.

На лбу Мурского образовались суровые морщины:

– Навигатор при нем? Ты видел его?

– Нет, Райс о нем не упоминал.

– Естественно, навигатор с ним. Без него негодяй не сбежал бы из базового портала. Ох, меня переполняет лютая ненависть, когда я представляю, как заполучу беглеца и сотру его в порошок! Это самое затянувшееся дело, побившее мыслимые и немыслимые рекорды.

– Шеф, он же ему не враг, – вмешался раззадоренный Флиппер. – Наверняка лжет, собака! Я чую.

– Образумь его, – предложил Мурский, тем самым дав зеленый свет.

Флиппер вцепился в Зурикова и занес мощный кулак. Он попал прямо в челюсть, отчего Коля с глухим криком отлетел на полметра, ударившись о кирпичную стену. Флиппер подскочил добить поверженную жертву, и Николай распластался в безапелляционном нокауте.

– Коля, он убьет тебя, если ты не подашь сигнал, – предупредил предусмотрительный инквизитор.

Зуриков что-то промычал и закашлялся, давясь кровью. Знак подан. Флип прекратил бойню и отошел на прежнюю точку. Достав шелковый платок, он вытер окровавленные пальцы и с безумием победителя уставился на жертву.

– Живой? – пнул неподвижное тело босс. – Я не слышу!

– Жи… живой, – слабо донеслось снизу. – Не бейте, не бейте, я не перенесу!

– Посади его, пусть начнет давать показания.

Амбал с отвращением схватил Зурикова за шкирку, поднял его, как воздушный шарик, и усадил точно в отверстие мусорного ведра. Словно послушная марионетка, Николай задергал конечностями.

– Он пропал, честно! Никто не представляет, куда он запропастился.

– Флип… – начал инквизитор.

– Стойте! Я говорю правду. Стойте, мать вашу! Появились свидетели контакта.

– Об этом, пожалуйста, подробнее, – навострил уши Мурский.

Из разбитого рта вытекала кроваво-слюнявая жижа, мешая Зурикову членораздельно говорить.

– Парень и девка. Райс завербовал их в пособники и использует на свое усмотрение. У них навигатор. Сам видел. Код и номер обшивки соответствуют имуществу Генерального управления.