Женщина нахмурилась и, прищурившись, посмотрела на Деда Мороза.

– Только не говорите, что Ася уломала вас и на отдельные поздравления для меня, - холодно произнесла она.
– Это лишнее...

– Давайте я, как дед Мороз, буду решать, что лишнее, а что нет, - самоуверенно произнёс мужчина.
– Не портите ни мне, ни себе праздник.

– Ого. А вы оказывается наглый Дед и командовать любите, - недовольно начала женщина, собираясь выставить наглеца из дома, но её прервал зов детей из второй комнаты, требующих пожеланий спокойной ночи.

– Мамочка, ну ты где? А спокойной ночи нам пожелать?

– Иду, мои хорошие. Не кричите, а то Карину разбудите, - ответила она, а потом снова посмотрела на мужчину: - Спасибо за праздник и прощайте. Где выход, вы знаете.

– Угу, знаю, - кивнул он, с улыбкой оглядывая зал.
– Я много чего знаю про этот дом и ориентируюсь в нём получше вас.

– Примите мои поздравления в связи с таким примечательным фактом. Надеюсь, эти знания позволят вам ещё быстрее улетучиться отсюда, - фыркнула она и направилась в спальню, чтобы уложить детей.

Не успела она зайти в детскую, как услышала хлопок входной двери и с облегчением вздохнула, радуясь, что гость быстро исполнил её просьбу. Правда, в первые минуты ей захотелось броситься проверить все ли вещи на месте, но вспомнив, что всё мало-мальски ценное давно распродано, а в кошельки ни копейки, и что воровать нечего, она подавила в себе это желание.

– Да и всегда можно узнать, с какой конторы был Дед, - тихо сказала она себе.

– Что?
– сонно спросил один из близнецов.

– Ничего, мой сладкий, - прошептала она, погладив мальчика по тёмным волосам.
– Спи. Пусть тебе приснятся красивые сны.

Малыш что-то неразборчиво пробормотал, а потом повернувшись на бок, засопел в унисон своему брату, который заснул как только лёг в кровать.

Женщина ещё немного посидела рядом с ним, потом поцеловала их поочередно в лоб и, подойдя к кроватке с девочкой, нежно улыбнулась, рассматривая дочку, после чего поправила небольшое одеяльце и, пятясь, тихо вышла из комнаты.

– Спят уже?
– спросил мужской голос, когда она аккуратно прикрыла дверь.

Испуганно дёрнувшись, женщина развернулась и, увидев Деда Мороза, растеряно сказала:

– Вы же ушли...

– Ушёл и вернулся. Теперь вот встретим взрослый Новый год. У меня в санях как раз всё к новогоднему столу имелось, - произнеся это, он указал рукой на стол, где стояли бутылка вина и шампанского, а также куча баночек с разносолами и лежали всякие мясные и рыбные нарезки в вакуумных упаковках.
– Несите тарелки и бокалы. Скоро куранты будут бить и хочется хоть какого-то приличного стола, а не с банок и пластика закуску тянуть. А я пока телевизор включу и с вашего позволения сниму с себя эту одежду, а то жалковато в бороде, шапке и кафтане.

– Слушайте, я же уже сказала, чтобы там не задумала Ася, достаточно поздравлений и для детей, - недовольно бросила женщина.
– Забирайте всё, и тяните назад в свои сани. Вас олени уже заждались.

– Ничего, мои олени терпеливые, - мужчина тихо рассмеялся.
– И потом, вам что, трудно нормально отпраздновать Новый Год? Я ведь уже никуда не успею доехать. Хотите выгнать во тьму и холод деда Мороза, который устроил вашим детям праздник? Но это же бесчеловечно. Разве вам неприятно чокнуться бокалом с шампанском с другим человеком и загадать желание?

Женщина, продолжая недовольно смотреть на мужчину, задумалась, а потом, бросив взгляд на часы и увидев, что уже поздно, тяжело вздохнув, сказала:

– Ладно, оставайтесь. Действительно можете не успеть выехать с наших сугробов до Нового года. Но только сразу предупреждаю - как пробьют куранты, я вас выгоню. И давайте обойдёмся без дурацких тостов за счастье, здоровье, любовь и прочую дребедень.

– Ух, какая у меня хозяйка холодная. Сказочная Снежная Королева прямо, - Дед Мороз рассмеялся.

– Ага. Так что зарубите себе на носу, что вы в моей сказке и ведите себя прилично, - посоветовала женщина, и направилась к выходу из комнаты.
– Ладно, скидывайте свой кафтан. Поигрались и хватит. Сейчас тарелки и бокалы принесу.

Женщина направилась в кухоньку, а мужчина тем временем снял новогодний костюм, и улыбнулся, оглядывая комнату, а потом подошёл к плинтусу возле ёлки и, постукав по нему, надавил на участок в самом углу, состоящий из короткой досточки, которой закрыли недостающее расстояние до угла. Поддевая пальцами планку, он изо всех сил потянул её на себя, и когда она оторвалась, рассмеялся, достав оттуда оловянного солдатика.