— О похищении?

— Да. И это, действительно, заслуживает удивления, потому что подобного в нашем заведении еще не случалось, — все больше волнуясь, продолжал директор.

— Кто же похищен?

— Мнимая графиня.

Камилла сразу же подумала о Бруно.

— Это неслыханно, — сказала она.

— Вот именно, — подхватил директор. — Совершенно неслыханно!

— Но как же это могло случиться? Неужели надзор за больными до такой степени плох?

— Нет-нет, графиня! — Директор умоляюще сложил руки на груди. — Наше заведение хорошо охраняется.

— Тогда почему такое могло случиться? И, представьте только, какие ужасные последствия может иметь это происшествие.

— Я вне себя, графиня.

— Когда это случилось?

— Прошлой ночью.

— Похищение удалось?

— Совершенно.

— Сумасшедшей не нашли, не вернули обратно?

— Нет.

— Должна вам признаться, что все это для меня совершенно непонятно. И, хочу заметить, случившееся бросает на ваше заведение тень и сильно вредит его репутации, господин директор.

— Понимаю, сударыня, и абсолютно с вами согласен. Я и сам этого очень боюсь.

— Но все-таки как мог попасть ночью в больницу чужой?

— Чужой? — удивился директор. — Ах, да. Я ведь не сказал вам, графиня, самого главного: к прискорбию, похитителем оказался мой помощник, доктор Гедеон Самсон, — молодой человек, иностранец…

— Похититель — доктор?

— Увы! Я взял Гедеона Самсона после внезапной смерти моего прежнего врача. И принял потому, что он хороший специалист. Изучал лечение душевных болезней в Вене.

— Значит, похититель — этот молодой человек? Боюсь, что за его действиями скрывается совсем другая личность, — многозначительно заметила графиня.

— Простите, графиня, если я не соглашусь с вами, — возразил директор. — Ничего тут больше не скрывается, кроме страстной любви. Гедеон Самсон до такой степени влюбился в эту сумасшедшую, что раз уже пробирался к ней в палату, чтобы объясниться в любви, как донесла мне сиделка. Это — затмение, графиня, непредсказуемое сердечное увлечение. Поэтому — и похищение, которое не удалось бы больше никому.

— Я удивляюсь молодому человеку.

— Что делать, любовь.

— Тем не менее это крайне серьезно. Надо употребить все средства, чтобы найти и сумасшедшую, и ее похитителя и водворить их обратно.

— Мне бы только сумасшедшую найти, а доктора я не могу больше оставлять у себя, — объявил директор. — Я уже пригласил на его место другого. А Гедеон Самсон может оставаться, где ему угодно. Мне нужна только больная. Я уже потихоньку отправил на розыски нескольких сторожей и старшую сиделку Дору Вальдбергер и надеюсь, что через несколько дней все будет в порядке.

— Если вы так уверены, то я буду надеяться.

В эту минуту дверь отворилась, и в комнату вошел Филибер. На лице его было написано любопытство. Увидев постороннего, он почтительно поклонился.

— Капеллан замка, — представила его директору графиня.

Филибер снова поклонился. Директор между тем стал прощаться.

— Желаю успеха и прошу употребить все старания, чтобы поправить случившееся, — напутствовала его графиня. — Подумайте о чести вашего заведения.

Директор ушел, оставив графиню в самом мрачном расположении духа. Она обернулась к капеллану.

— Откуда вы, Филибер?

— От француженки Рейнеты. У меня интересные новости, Камилла. Но я вижу, что и вам уже кое-что известно. Однако, конечно, не все.

— Неужели нашли Леона Брассара?

— Да, он найден.

— Найден? Но не ошибка ли это опять?

— У меня есть прекрасная помощница — брошенная возлюбленная Леона. Ей удалось напасть на его след.

— И где же он? — поспешно спросила графиня.

— Вы не поверите мне, Камилла. Удивительно, как иногда судьба сводит людей. Он жил в десяти милях отсюда, и ни вы, ни его светлость даже не подозревали…

— Здесь, поблизости? Леон Брассар?

— Разумеется, не под этим именем.

— А под каким?

— Гедеон Самсон.

— Доктор из сумасшедшего дома?

— Да, это и есть Леон Брассар.