— Какой знаток человеческой натуры! — воскликнул Мак Аллан. — Однако — до завтра, Джон Ралей, спокойной ночи!

— Прощайте, сэр! — поклонился хозяин и через дюны отправился к дому.

— Этого человека можно использовать для любого дела, — говорил по дороге Мак Аллан Митнахту. — Если вы отправите вашего врага на тот свет, Джон позаботится о том, чтобы он исчез без следа: под его домом прорыта канава, доходящая до самого Гудзона, она уносит все, что должно исчезнуть.

Они сели в карету.

— Вы домой? — спросил Мак Аллан. — В таком случае высадите меня у моей квартиры.

Митнахт приказал кучеру сначала довезти ирландца до его дома. Карета покатилась. Сильные лошади быстро домчались до города.

— Теперь скажите, Мак Аллан, сколько вы хотите за сегодняшнюю услугу? — спросил Митнахт.

— Я знаю, что вы всегда умели достойно отблагодарить тех, кто помогал вам, — дипломатично сказал ирландец.

Митнахт вынул из бумажника несколько крупных банкнот и подал их Мак Аллану.

— Тысячу раз благодарю вас, фон Арно. Желаю вам всяческого успеха! — рассыпался в благодарностях ирландец.

Митнахт молча кивнул.

— Я еще увижу вас до вашего отъезда, — сказал он после некоторой паузы.

Карета доехала до дома Мак Аллана.

Поднявшись в свою квартиру, ирландец первым делом пересчитал полученные купюры. В пачке была ровно тысяча долларов. Путешествие в Лондон и обратно было оплачено со всеми путевыми издержками, а ему необходимо было туда поехать, чтобы продать украденные у испанки драгоценности, стоившие по крайней мере тридцать тысяч долларов. Сбывать в Нью-Йорке их было опасно, а в Лондоне это можно было отлично устроить.

Положив деньги в письменный стол, Мак Аллан взглянул на часы. Они показывали одиннадцатый час. Он погасил свет и снова вышел из дома.

Дождь не прекращался. Мак Аллан поплотнее закутался в плащ и направился в Центральный парк, где в это время было уже совершенно темно. Он не боялся идти по пустынным аллеям, где не светилось ни единого фонаря. У него всегда был с собой заряженный револьвер. Войдя в парк, Мак Аллан направился в ту боковую аллею, в которой видела его следившая за ним испанка. Темнота не помешала ему безошибочно выйти к небольшому домику сторожа. Мак Аллан заглянул в окно. Внутри было темно. Сторож, вероятно, уже спал.

Убедившись, что сторож спит, ирландец пошел к маленькому сарайчику, находившемуся за домом. Он был не заперт. Здесь хранились лопаты, грабли и прочая садовая утварь. Мак Аллан взял заступ, осторожно прикрыл дверь сарая и через кусты возвратился на ту самую аллею, где в прошлый раз Бэла безуспешно следила за ним.

Свернув с дорожки, ирландец через кусты пробрался к небольшой лужайке. Он подошел к старому вязу, под которым лежало много листьев. Взяв заступ, Мак Аллан сначала разгреб листья, потом начал копать под деревом. Поблизости никого не было, поэтому он все свое внимание сосредоточил на работе.

Он копал усердно, но руки его, не привыкшие к труду землекопа, скоро устали. Тем более что он вообще не отличался физической силой. Правда, земля в этом месте была мягкой, что облегчало его задачу.

Наконец он отрыл спрятанные здесь драгоценности. Но, еще не успев открыть шкатулку, где они лежали, он вдруг из ближайшей аллеи услышал женский крик.

— Сюда! Помогите! — громко кричала женщина. — Тысячу долларов тому, кто спасет меня!

Услышав про награду, Мак Аллан вскочил, отбросил заступ и выхватил револьвер.

— Помогите! Помогите! — раздалось снова.

Мак Аллан выбежал на аллею, но крики о помощи стали удаляться. Он побежал в их сторону, но тут все стихло, и в темноте он не мог ничего различить.

Неужели звавшая на помощь могла так быстро исчезнуть? А может быть, нападавшие уже убили ее? Но тут Мак Аллан вспомнил о цели своего появления здесь и, уже не заботясь о дальнейшей судьбе кричавшей, поспешил вернуться к оставленной под вязом шкатулке. Встав на колени перед выкопанной ямой, он попытался нашарить шкатулку. Он напрасно ощупывал дно и стенки ямы — шкатулки не было. В ужасе ирландец стал рыть глубже, но все напрасно! Мак Аллан в отчаянии заскрипел зубами, он ничего не мог понять.

И тут вдруг недалеко от себя он услышал издевательский смешок. Ирландец вздрогнул: недавний крик о помощи и этот смех были явно одного происхождения.

Его перехитрили! Он узнал голос. Он сжал кулаки. Он понял, что за каждым его шагом следили. Его выследили и, обманув разыгранным спектаклем, забрали все, что он припрятал.

Этот смех привел его в бешенство. С яростью на бледном лице Мак Аллан выхватил револьвер и бросился к тому месту, откуда слышался смех. Но слишком поздно! До его слуха донесся лишь удаляющийся стук колес.