В свою очередь, генерал Судоплатов свидетельствует:

«Все сплетни о том, что Сталина убили люди Берии, голословны. Без ведома Игнатьева и Маленкова получить выход на Сталина никто из сталинского окружения не мог. Это был старый человек, больной с прогрессирующей паранойей, но до своего последнего дня он оставался всесильным правителем. Он дважды открыто объявлял о своем желании уйти на покой, первый раз после празднования Победы в Кремле в 1945-м и еще раз на Пленуме Центрального Комитета в октябре 1952 года, но это были лишь уловки, чтобы выявить расстановку сил в своем окружении и разжечь соперничество внутри Политбюро».

В пятницу, 6 марта 1953 года, газета «Правда» выходит в траурном обрамлении. На первой странице сообщалось: «5 марта в 9 часов 50 минут вечера после тяжелой болезни скончался Председатель Совета Министров Союза ССР и Секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза Иосиф Виссарионович Сталин.

Бессмертное имя Сталина всегда будет жить в сердцах советского народа и всего прогрессивного человечества».

Там же было напечатано обращение от ЦК КПСС, Совета Министров Союза ССР и Президиума ВС СССР ко всем членам партии, ко всем трудящимся Советского Союза.

Над страной нависло горе. В бесконечных траурных вереницах, писал в «Правде» Борис Полевой, тихо переговаривались ошеломленные смертью Сталина люди:

— Эх, если бы можно было годы ему продлить, жизнь бы для этого, не задумываясь, отдала.

— Разве только бы вы? Миллионы бы людей отдали…

Александр Корнейчук писал: «Великое горе постигло народ. Безгранична наша скорбь. В слезах Украина у гроба родного отца и учителя товарища Сталина. В эти тяжелые дни мы вспоминаем все большое и доброе, что сделал для украинского народа любимый вождь трудящихся всего мира…»

Смерть Сталина советские люди восприняли как трагедию. На собраниях принимались резолюции, где предлагалось непременно увековечить память «великого вождя и учителя». Например, СССР отныне читать как «Союз Советских Сталинских Республик», а орден Ленина преобразовать в орден Ленина — Сталина. Один из москвичей пожертвовал месячное жалованье на строительство отдельного мавзолея для Сталина. Слезы, истерика, страх перед будущим «без него»: «Что же делать? Как же мы будем жить без Сталина? Все рухнет. Теперь Запад возьмет нас голыми руками».

Встал и вопрос наследования власти. За несколько часов до смерти Сталина в Кремле собрались все члены прежнего Политбюро, высшие члены Совмина и Президиума Верховного Совета СССР. По предложению Берии главой правительства был назначен Маленков. Расширенный Президиум ЦК, созданный на XIX съезде, был упразднен. В новый состав Президиума вошли десять человек, и в том числе Хрущев. Маленков предложил объединить МВД и МГБ в одно министерство внутренних дел, а министром назначить Берию, который вдобавок к этому стал и первым заместителем Председателя Совета Министров. Хрущеву все это не понравилось, но он промолчал, как, впрочем, и Булганин. Позднее Никита Сергеевич так скажет об этих событиях:

«Если бы мы с Булганиным сказали, что мы против, нас бы обвинили большинством голосов, что мы склочники, дезорганизаторы, еще при неостывшем трупе начинаем в партии драку за посты».

Однако Серго, сын Берии, свидетельствует, что его отец долго не соглашался возглавить МВД. Серго пишет: «К сожалению, в своих нашумевших мемуарах Никита Сергеевич Хрущев не написал, как в течение нескольких дней просидел у нас на даче, уговаривая отца после смерти Сталина: «Ты должен согласиться и принять МВД. Надо наводить там порядок!» Отец был вынужден согласиться. Думаю, уговаривали его с дальним прицелом — списать потом все грехи на нового главу карательного ведомства, чтобы объяснить преступления Сталина».

Как бы то ни было, в действиях Маленкова и Берии явно прослеживалась тенденция перенести центр тяжести власти из Президиума ЦК партии в Совмин: большинство членов высшего партийного руководства вошли в президиум Совмина или стали министрами.

Замысел Сталина о коллективном руководстве после его смерти не был осуществлен. Уже 5 марта, еще при живом, но лежащем в коме Сталине, его «гвардия» восстановила свое всевластие. 22 человека без всяких проблем в одночасье были выведены из Президиума ЦК. Писатель Константин Симонов, присутствовавший на этом заседании, вспоминал:

«Пятое марта, вечер. В Свердловском зале должно начаться совместное заседание ЦК, Совета министров и Верховного Совета, о котором было потом сообщено в газетах и по радио… Несколько сот людей, среди которых почти все были знакомы друг с другом… сидели совершенно молча, ожидая начала. Никогда по гроб жизни не забуду этого молчания».

Газета «Правда» 7 марта опубликовала состав членов Президиума ЦК КПСС согласно сложившейся на то время иерархии: Г. Маленков, Л. Берия, В. Молотов, К. Ворошилов, И. Хрущев, Н. Булганин, Л. Каганович, А. Микоян, М. Сабуров, М. Первухин. Как видно из этого перечня, Хрущев замыкает первую пятерку, опередив Булганина, Кагановича и Микояна.