Не зная, что и думать, Мэллори пошла обратно в спальню. И на полу нашла записку, которая, видимо, лежала на подушке, но Мэллори случайно смахнула ее рукой. Рядом с ней она заметила ключ от машины. На листке бумаги было написано:

«Мэллори, для меня это тоже оказалось гораздо больше, чем я думал. Я оставляю тебе «шелби». Ты можешь продать его, если поиски новой работы затянутся. Мэтт поможет тебе в этом. Если же решишь оставить, то не бросай на ночь на улице. Я ни о чем не жалею.

С любовью, Тай».

Мэллори смотрела на записку целую вечность. Она ничего не понимала. Как Тай мог оставить ей его любимую машину? И разрешил ей продать ее, если у нее будут проблемы с деньгами?

Да еще и подписал записку – «с любовью, Тай»?

Она истерично рассмеялась. И когда смех перерос в рыдания, Мэллори закрыла рот рукой и легла на кровать.

Значит, Тай любил ее.

Какой же он глупец!

Или, может, это она полная дура? Ведь она тоже любила его. Любила по-настоящему.

– Я ни о чем не жалею, – прошептала она, сжимая в ладони ключ.

Мэллори сидела в кабинете у Билла и удивленно смотрела на него.

– Подождите, повторите мне еще раз, что вы сказали. Тай попытался дать вам деньги на Центр помощи, и вы ему отказали?

– Да, – ответил Билл. – Он и так уже слишком много сделал для Центра, за что я ему очень благодарен.

Мэллори сглотнула. Это была правда. Тай сделал много доброго не только для Центра, но и для нее. И хотя он уехал, вернулся к обычной для него жизни, он позаботился, чтобы она ни в чем не нуждалась.

– Вы отказались от денег? – спросила Мэллори. – Не ожидала такого от вас.

– Я не всегда думаю о прибыли. – Он быстро улыбнулся. – Видите, даже старую собаку можно научить новым трюкам.

– Но Джейн сказала мне, что вы приняли пожертвование.

– Да, только оно было не от Тая. Миссис Берленд перечислила сто тысяч долларов…

– Что? – Мэллори от изумления подскочила на месте. Но Билл поднял руку, призывая ее не волноваться. Она села обратно и спросила: – Сто тысяч? Я не ослышалась?

– Нет. Ее главным условием было то, чтобы все об этом узнали. Говорю дословно: «Я хочу, чтобы об этом кричали со всех крыш, что именно я спасла Центр помощи.

Мэллори растерянно смотрела на Билла, не зная, как реагировать.

– Миссис Берленд, – наконец произнесла она. – Женщина, которая ненавидит нас всех, а меня – больше всего?

– Да, – ответил Билл. – Хотя насчет себя ты ошибаешься. Думаю, Джейн сказала тебе, какое еще условие она поставила перед тем, как перечислить деньги.

– Чтобы я осталась главой Центра?

– Да. Кстати, мы поднимем тебе зарплату. Считай это повышением, потому что сейчас я не могу повысить тебя на твоей основной работе в отделении «Скорой помощи».

– Но я уволилась.

– Так давай я найму тебя опять. Пойми ты наконец: Центр помощи теперь будет работать без всяких проблем, и ты нужна нам на «Скорой». А теперь можешь идти и отдыхать перед сменой.

Мэллори подумала о том, что сказал ей Билл. Потом посмотрела на него и проговорила:

– Ясно. Я согласна. – Она встала и направилась к двери.

– Да, и вот еще что. – Мэллори повернулась, и Билл сказал: – Больше никаких увольнений, ладно? Моя голосовая почта чуть не разорвалась от сообщений. Весь город требовал, чтобы я уговорил тебя вернуться обратно. С тех пор как ты ушла, твоя мать просто проходу мне не давала. Черт, моя собственная мама тоже лишила меня покоя. Ты поняла?

Впервые с того момента, как она проснулась в одиночестве утром, Мэллори смогла улыбнуться.

– Да, я поняла, – сказала она.

Неделю спустя жизнь Мэллори казалась вполне счастливой – со стороны. Она вернулась на работу, за будущее Центра помощи можно было не волноваться, и все в городе поддерживали ее.

Вот только Тая больше не было.

Она каждое утро твердила себе, что пора уже к этому привыкнуть, но наступила суббота, и Мэллори вылезла из постели совсем не отдохнувшая, с ужасным настроением.