– Вчера он говорил с нами об этом. Мы пришли к соглашению: зарплату Джайлзу мы повышаем прямо сейчас, а в течение ближайших шести месяцев мы рассмотрим вопрос о его положении в издательстве. По-моему, эта тема исчерпана, и в данный момент говорить тут не о чем. Особенно тебе.

– Нет, Селия, я думаю, тут еще есть о чем говорить. И особенно мне, поскольку Джайлз слишком деликатен. – Это было наиболее удачное слово, пришедшее Хелене на ум. У нее были и другие слова: «слабый», «трусливый», «бесхребетный», но они звучали недипломатично. – Джайлз слишком деликатен, чтобы самому высказать это.

– Ты так считаешь? – Темные глаза Селии смотрели очень жестко. – Ты наверняка должна понимать, что выставляешь Джайлза в очень невыгодном свете. Возможно, тебе только кажется, что Джайлз боится разговаривать с собственными родителями.

– Нет, не кажется. Есть вещи, которые я могу сказать, а он не может. Высказать их вам ему мешает скромность или смущение.

– Например?

– Прежде всего, я думаю, вы недооцениваете способности Джайлза. А он очень способный. И он заслуживает признания.

– Вот как? Я и не подозревала, что ты обладаешь столь ясным пониманием издательского дела. Фактически ты в нем разбираешься даже лучше нас. Возможно, ты захочешь поделиться с нами своими взглядами. Мы же не претендуем на исчерпывающие знания всех тонкостей работы, которой занимаемся уже тридцать лет.

– Селия… – Оливер поднял руку. С тех пор как Селия вошла к нему в кабинет и застала там Хелену, он молчал. – Селия, я не думаю, что нам надо говорить с Хеленой в таком тоне. Хелена стремится защитить интересы Джайлза. Она восхищается его профессиональными способностями… как и следует жене.

Оливер говорил спокойно, и ироничный упрек, адресованный Селии, был почти незаметен. Однако Хелена сумела уловить этот упрек и почувствовала себя увереннее.

– Кстати, а где сам Джайлз? – поинтересовалась Селия, вынужденная временно переменить тему. – Хелена, почему его нет рядом с тобой? Он знает, что ты здесь?

– Нет, конечно. Его сегодня целый день не будет в издательстве.

– Да, вспомнил, – признался Оливер. – Он сегодня в типографии. Наблюдает за печатанием нового каталога.

– Вы понимаете, – начала Хелена, чувствуя, как у нее раскраснелось лицо, но не обращая на это внимания. – Вы понимаете, что не такой работой он должен заниматься? С такой работой справится и обычный клерк. Это едва ли можно назвать работой… достойной редактора.

Здесь она допустила ошибку. Хелена сразу заметила, как Селия переменилась в лице, и разум ее свекрови ринулся в атаку.

– Вот оно что, – ледяным тоном произнесла Селия. – Чувство уязвленной гордости. Это ведь так называется? И причина в том, что Барти получила повышение, а Джайлз – нет.

– Нет, совсем не в том, – возразила Хелена. – Я… я была рада услышать про Барти. Но Джайлз – один из Литтонов. Он ваш старший сын. Ему уже тридцать. Он работает в «Литтонс» несколько лет и сейчас должен бы не в типографии торчать, а работать вместе с вами, помогать вам управлять издательством. Подбирать книги для выпуска, встречаться с авторами и все такое прочее. Но уж никак не наблюдать за печатанием какого-то там каталога.

– Каталоги, Хелена, – очень важное направление в нашем издательстве, – тихо произнес Оливер. – И…

– Хелена, – перебила его Селия, – думаю, мне еще раньше нужно было тебе кое-что объяснить. Издание книг – дело нелегкое, состоящее из многих процессов. Иметь профессиональные навыки – очень важно. Но поверь мне, очень и очень многое в нашем деле зависит от интуиции. Все лучшие издатели обладают шестым чувством. Они не могут объяснить, откуда они знают, что одну книгу стоит выпустить немедленно и она принесет успех, а с выпуском другой стоит повременить год, три или даже пять лет. Они умеют выбирать авторов. Мой муж имеет в высшей степени развитое издательское чутье, поэтому «Литтонс» и занимает такое высокое место среди издательств. Как ни прискорбно, но должна тебе сказать, что Джайлз не унаследовал от нас это чутье. Только у Кита мы наблюдаем задатки издательской интуиции. – (Хелена молчала.) – Джайлз очень усерден, – продолжала Селия. – Он хорошо чувствует коммерческую сторону дела. Есть у него и определенные способности по части оформления книг. Но поставить его управлять тем или иным издательским процессом – это все равно что поставить тебя. – Последние слова были произнесены с нескрываемым презрением.

– Понятно, – сказала Хелена. – А вы объясняли это Джайлзу?

– Конечно. Мы говорили, что его время пока не настало, что ему надо продолжать учиться, набираться опыта и уверенности. Поверь мне, Хелена, чтобы управлять любым делом, нужна громадная уверенность.

– Я это хорошо знаю. А еще я знаю, что в любом деле есть не только творческая сторона. Я знаю об этом от своего отца.

– Алюминий! – бросила Селия, и это слово было произнесено так, будто производство алюминия являлось столь же постыдным делом, как выпуск порнографии.