Он вышел из машины и посмотрел на трап. Неудивительно, что первыми с корабля сошли новобрачные в сопровождении заботливого помощника капитана и толпы репортеров, которые сели на пароход еще в Сэнди-Хук, чтобы приветствовать самую популярную в Нью-Йорке молодую пару. Еще больше репортеров ждали на причале. Некоторые с фотоаппаратами. Других сопровождали художники-портретисты.

Белл, который вел расследование замаскировавшись, предпочитал, чтобы его лицо не видели на витринах газетных киосков, и потому отошел от причала и ждал на улице среди невысоких домов и конюшен.

Четверть часа спустя возле него остановился лимузин, и Белл проворно сел в авто.

— Прости за шумиху, — сказал, пожимая ему руку, Арчибальд Эйнджел Эббот IV, в чьих жилах текла голубая кровь. Они дружили с тех времен, когда боксировали за соперничающие колледжи. — Весь Нью-Йорк жаждет увидеть мою зарумянившуюся молодую жену.

— Я не удивлен, — сказал Белл, тепло целуя красавицу Лилиан в щеку, прежде чем сесть на кожаное сиденье лицом к ним. — Лилиан, ты выглядишь невероятно.

— Вини в этом моего мужа, — она рассмеялась и провела рукой по густым рыжим волосам Арчи.

Они вышли из лимузина у дома Хеннеси на Парк-авеню, и чуть позже Белл и Арчи поговорили наедине в библиотеке.

— Она великолепна, — сказал Белл. — А ты кажешься усталым.

Арчи дрожащей рукой поднял стакан.

— Пирушки на всю ночь, ежедневные собрания и приемы в сельских поместьях вельмож, потом снова пирушки. Начинаешь забывать, сколько энергии может быть в девятнадцать лет.

— Что ты узнал на корабле?

— Все европейцы так и лезут в драку, — серьезно сказал Арчи. — И каждый боится, что другой ударит первым. Англичане убеждены, что будет война с Германией. Они знают, что у Германии огромная армия и что кайзер прислушивается к военным. И не только прислушивается. Дьявольщина, армии принадлежат сердце и благословение кайзера!

Немцы убеждены, что будет война с Англией, потому что Англия не потерпит расширения Германской империи. Англичане знают, что победа над немецким флотом не означает победу в войне, зато поражение английского флота приведет к развалу заморской Британской империи. А если этого недостаточно, то вот тебе еще: немцы подозревают, что Россия нападет на них, желая предотвратить революцию и отвлечь крестьян войной. Если это произойдет, опасается Германия, Англия встанет на сторону России, поскольку Россия союзница Франции. А Германия вынуждает Австрию и Турцию воевать на своей стороне. Но ни один из этих идиотов не понимает, что их союзы приведут к войне, какой не ведал мир.

— Все так мрачно?

— К счастью для нас, никто из них не хочет видеть врага в США.

— Поэтому я и гадаю, — сказал Белл, — не пытаются ли Англия и Германия заставить Соединенные Штаты думать, что другая сторона — их враг.

— Именно такие запутанные слухи носились на корабле, — сказал Арчи. — У тебя порочный ум.

— Что ж, в последнее время я якшаюсь с плохими людьми.

— А мне казалось, виновата учеба в Йеле, — сказал Арчи, который закончил Принстон.

— Обхаживая Соединенные Штаты, заставляя стать их союзником, и Англия, и Германия могут тайно представлять своего врага нашим врагом.

— А что насчет того японца?

— Капитан Фальконер утверждает: все, что ослабляет позиции европейцев на Тихом океане, ободряет японцев. Они как можно дольше будут держаться в стороне, а потом примут сторону победителя. Откровенно говоря, он одержим страхом перед японцами. Он близко наблюдал за ними во время русско-японской войны и считает, что знает их лучше других. Настаивает, что они искуснейшие шпионы. Отвечаю на твой вопрос: мы неделю следили за японцем, но он от нас ускользнул.

Арчи в деланном отчаянии покачал головой.

— Я отправляюсь в одно небольшое свадебное путешествие, и дело сыска идет ко всем чертям. Где он, по-твоему?

— В последний раз его видели на железнодорожном пароме, шедшем в Нью-Йорк. Мы прочесываем город. Он мне очень нужен.

— Получен отчет о фирме «Райкер и Райкер», — доложил Грейди Форрер, когда Белл вернулся в контору. — У вас на столе.

Эрхард Райкер приходился сыном основателю компании «Райкер и Райкер», ввозившей драгоценные камни и металлы для ювелирной промышленности Нью-Йорка и Ньюарка. После того как его отец был убит в перестрелке во время англо-бурской войны, в Южной Африке, сын взял на себя управление фирмой и значительно расширил ее. Он регулярно плавал между Европой и Соединенными Штатами на роскошных трансатлантических лайнерах, отдавая предпочтение немецкому «Вильгельму Великому» и английской «Лузитании» в отличие от отца, который плавал на более старых, степенных пароходах вроде «Умбрии» Линии Кунарда или «Хэвела» северогерманского Ллойда. Один факт привлек внимание Белла: у компании «Райкер и Райкер» была собственная служба охраны — для перевозки драгоценностей и самого Райкера, когда он такие драгоценности доставлял сам.

Белл отыскал главу аналитического отдела.

— Такая частная охрана обычна при перевозке драгоценностей?

— У европейцев да, — сказал Грейди Форрер. — Плавают, как хотят.

— Кого он нанимает?

— Красивых громил. Которых можно прилично одеть.

В дверь просунул голову дежурный по приемной.

— Вам звонят, мистер Белл. Не говорит, кто. Английский акцент.

Белл сразу узнал аристократический голос коммандера Эббингтона-Уэстлейка.

— Нельзя ли нам встретиться после коктейля, старина? Может, в этот раз мы даже выпьем.