Шрифт:
— Здесь опасно! Ани, вокруг тени — беги!
— Дэйн! — Надрывался Баал. — Назад!
— Дэйн! — Из ниоткуда присоединился рык Канна. — Она ненастоящая! Отойди от нее.
— Ани! Уходи отсюда! Тебе нельзя здесь быть!
— Пойдем… Вот же выход!
Черт!
Когда Стив высунулся наружу, то увидел престранную картину: стоящего напротив светящегося призрака Ани снайпера — бледного, взъерошенного и нервного, саму девчонку — простоволосую, одетую в ночную рубашку, босую. И окно позади нее — трепещущий прямо в воздухе квадрат не то входа, не то выхода куда-то в иной мир.
— Дэйн, не ходи туда! — Прохрипел Стив, зацепившись за полог и вывалившись из палатки прямо на землю. Что бы ни стояло возле «окна», оно навряд ли было настоящей Ани — слишком размытым выглядел силуэт, слишком дребезжащим и мерцающим. Но не для Эльконто и не собирающихся кольцом вокруг девчонки теней. Они чуяли ее, как охотники чуют раненую жертву, — подбирались ближе, уплотняли кольцо. Незащищенная, она, вероятно, представляла для них ценность даже в ненастоящем полупрозрачном виде.
Беда! Беда-беда-беда!
Со спины к снайперу медленно, собираясь схватить, приближался Баал — готовился к рывку; неподалеку с перекошенным от злости лицом, стоял ошалевший от ярости и страха Канн. За кого он боялся? За Дэйна? Ани? Того, что благодаря ей, тени засекут и остальных?
— Мне страшно, Дэйн… Пойдем. Тут близко, я знаю…
— Ани, уходи сейчас же! Они схватят тебя. Я не спасу!
— Я одна не пойду… — Реалистично, если бы ни мерцание, хныкал морок.
Черный туман вокруг Эльконто и призрака сгущался. Еще секунда, и несколько безобразных на вид существ, похожих на оборванные клочья дыма с глазами (Стив мог поклясться — с глазами!), промелькнули, смыкая кольцо, прямо перед лицом готового к прыжку Регносцироса — тот резко отшатнулся, оступился, сел на землю и зашипел.
— Отойди от нее! — Захрипел он во всю мощь. — Отойди, они зажимают вас в кольцо! Ты пробьешься, на тебе щит.
— Я не оставлю ее… — Обреченно бросил Дэйн через плечо.
— Слишком поздно!
— Не поздно… Беги, Ани, беги!
И он бросился прямиком к призраку как раз в тот момент, когда мутно-черные гады перешли в наступление — завращались, зашипели, выбросили вперед полупрозрачные щупальца. И… не успели. Потому что на том месте, где секунду до этого стоял огромный мужчина и светящаяся женщина, теперь никого не было. С громким звуком вылетающей из бутылки пробки схлопнулось окно-портал, в недра которого, совершив прыжок, провалились два человека — один настоящий и одно наваждение.
Зашелестели песком, обиженно и злобно склабясь, голодные твари; стоял на коленях, не в силах опустить голову и погрузив руки в песок, побелевший доктор. Если бы, находясь в шоковом состоянии, он удосужился подсчитать количество сердечных ударов в секунду, то понял бы, что его пульс только что побил когда-либо зафиксированный медиками частотный предел.
Финляндия.
Ани проснулась со вскриком.
Резко приподнялась на кровати, уперлась ладонями в мятую и мокрую от пота простынь, долго смотрела на темные деревянные стены, потолок. Слушала собственное шумное дыхание, гулкие удары пытающегося выскочить из груди сердца, втягивала ноздрями сухой мутный, пропитанный слоистым туманом воздух — тот самый, из сна.
Нет, здесь воздух пах иначе — сосной, чистым здоровым лесом, сыростью с озерного берега.
По полу раздавались глухие равномерные удары — колотил хвостом Барт.
— Мне снился Дэйн. — Прошептала Ани-Ра, медленно успокаиваясь. — Сон, Создатель, это был просто сон… Я тянула его откуда-то, пыталась вывести за собой…
Снизу, в свете луны поблескивали умные карие глаза. Хвост на мгновенье перестал стучать о доски, замер.
— Да, я вывела его оттуда. Вроде бы… Это был просто кошмар, представляешь? Я, наверное, просто сильно скучаю.
Она какое-то время смотрела в окно, затем вздохнула, легла обратно на матрас, поворочалась затылком на скомканной подушке и опустила вниз ладонь, которую тут же лизнул теплый язык.
— Они снятся, потому что я переживаю. Все время думаю о нем, Барт. Надеюсь, у Дэйна сейчас все хорошо… Пусть так будет.
И, поглаживая пальцами жесткую шерсть, она закрыла глаза.
Снаружи под порывами ночного ветерка шелестела листва неродного ей мира.
Криала.
— Где он? Где?!
На вопрос Канна не отвечал никто. Сидели, уставившись в то место, где раньше находилось злосчастное окно, молча смотрели, как расползаются неспособные учуять сквозь щиты других странников монстры.
— Он умер? Погиб? Куда его, е№ть, черт занес?!
Потерявшие интерес тени медленно расползались — одни исчезали в тумане, другие ныряли прямо в землю. Смотрел стеклянными глазами прямо перед собой Баал, шумно дышал стоящий на карачках Стивен, палевым пятном светилось на фоне мрака бледное и перекошенное лицо стратега.