Он прошел меж столов.

— Все старое, очень старое. Похоже, этим оборудованием не пользовались десятки лет.

Лаура показала в дальний угол. Там, в полумраке, стояли несколько гигантских прямоугольных клеток, ржавых, очень старых, таких, в каких в зоопарках держат крупных обезьян. Приглядевшись, они поняли, что клеток несколько, больших и маленьких, вдоль всей восточной стены.

Ройбен почувствовал, как его охватил рефлекторный ужас. Клетки для Морфенкиндер? Клетки для зверей? Он медленно подошел к ним. Открыл огромную дверь. Застонали и заскрипели петли. На цепях висели кандалы, тоже ржавые. Что ж, в этой клетке можно удержать Морфенкинда, но не такого, как он. Или можно?

— Всему этому лет сто, не меньше, — сказал он.

— Возможно, это единственная хорошая новость, — сказала Лаура. — То, что происходившее здесь случилось очень давно.

— Но почему все это забросили? — спросил Ройбен. — Что заставило их сдаться? — Он оглядывал книги на полках вдоль северной стены. Подошел ближе. — Медицинские журналы, — сказал он. — Девятнадцатого века. Ну, еще есть начала двадцатого. До 1915 года, а потом — все.

— Но с тех пор здесь бывали, — сказала Лаура. — Вот следы, от двери, и не одни. И они ведут во все стороны.

— И все — следы одного человека, как я полагаю. Небольшие. От небольшой мягкой обуви без каблука. Мокасины. Это был Маррок. Он приходил и уходил, но больше тут никого не было.

— Откуда тебе знать?

— Просто чутье. Думаю, он проник сюда через люк, как и я, а потом пошел к столу.

Ройбен показал в северо-западный угол.

— Погляди на стул. На нем была пыль, а вон там пара книг.

— Единственные новые предметы в этом помещении.

Ройбен поглядел на книги. Детективные романы и классика — Реймонд Чэндлер, Дэшил Хэммет, Джеймс Кейн.

— Он здесь жил время от времени, — сказал Ройбен.

На полу справа от стула стояла полупустая бутылка вина с винтовой пробкой. Обычное калифорнийское, выдержанное, не самое плохое, но из самых дешевых, раз пробка винтовая.

За столом стояли в ряд бухгалтерские книги в кожаных переплетах с проставленными на них золотыми цифрами годами. Ройбен аккуратно взял книгу за 1912 год и открыл. Плотная, долговечная, почти как пергамент, бумага.

И загадочные строки, чернилами, тайный язык Феликса, волна за волной, страница за страницей.

— Не может ли это быть тем, что он хочет заполучить более всего?

— Все такое старое, — ответила Лаура. — Какие тайны оно может хранить? Может, он просто хочет вернуть это лишь потому, что оно ему принадлежит? Или еще кому-то, тому, кто знает этот язык.

Лаура показала на длинный стол, накрытый тканью. Ройбен увидел, что следы в пыли ведут от двери к столу и обратно. И очень много следов вокруг стола.

Он уже знал, что найдет там. И аккуратно приподнял ткань.

— Таблички, — прошептал он. — Все эти древние таблички из Месопотамии. Маррок собрал их и отнес сюда.

Он принялся осторожно снимать ткань, все дальше. Ряд за рядом, таблички, обломки табличек.

— Все здесь, — сказал Ройбен. — Очевидно, по приказу Феликса.

А потом он увидел и дневники, добрую дюжину блокнотов, таких, какой Ройбен видел на столе Феликса. В аккуратных стопках, по четыре.

— Смотри, как аккуратно он все это сложил.

Что, если секреты этого превращения ведут к древним городам, Уруку и Маре? Почему бы и нет? «Хризма, так мы называли это, испокон веку. Дар, сила — есть сотня древних слов, но какая теперь разница?»

Лаура прошла вдоль северной стены, а потом вдоль восточной, оглядывая книги на полках. И подошла к гладкой двери из темного дерева.

Подождала, пока Ройбен ее откроет. Такая же старая бронзовая ручка, как и остальные. Дверь легко открылась, и за ней оказалась другая, закрытая на засов. Она открылась со скрипом.

И они оказались в одной из ванных комнат, расположенных вдоль северного коридора. С обратной стороны дверь оказалась ростовым зеркалом в золотой рамке.

— Мог бы и догадаться, — сказал Ройбен.

Но он был уверен, что должен быть еще один выход на второй этаж, у юго-западного угла. Там, где спал хозяин дома, вполне возможно, сам Феликс, но под другим именем, когда этот дом только был построен.

И он нашел дверь, ведущую в бельевую кладовую, гладкую, закрытую снаружи шкафами. Сдвинуть шкафы в сторону оказалось очень просто, и они вышли в юго-западный конец южного коридора, напротив двери главной спальни.

Нашли еще много интересного, по мелочи. Армированная проволокой толстая веревка, привязанная к люку, чтобы открывать его изнутри. Множество старых патронов, в которых не было ламп. Небольшие раковины в столах, краны и сливы. Газовые трубы позади столов, подводящие газ к горелкам. Для своего времени лаборатория была прекрасно оборудована.