В конце концов, выпустив долгий, утомленный вздох, она очень спокойно вышла из комнаты и направилась к кабинету Мон, зная, что должна сказать правду. Как бы сильно это не разрывало ей сердце.

Известные ей одной факты были слишком значащими и слишком важными, чтобы промолчать о них, и она была слишком близка к тому, чтобы оправдать это молчание - давая ему рациональное объяснение.

Потому что даже теперь, даже со всеми этими изобличающими доказательствами… она все еще сомневалась…

Глава 9 (часть 1)

Дни плавно перетекали из одного в другой. Часы различались лишь страницами бесконечных книг, читаемых Люком. Время угнетало своей повторяющейся монотонностью.

Каждый день, около полудня, доктор Халлин приходил к нему с проверкой здоровья, оставаясь с ним на довольно короткий промежуток времени. Всегда дружелюбный, странно открытый и словоохотливый, он весьма свободно шел на легкую светскую беседу, одновременно стремясь понемногу пойти дальше, используя свою искренне общительную и в то же время профессионально вежливую манеру. Кроме еженедельных посещений Хана, эти визиты были единственным не конфронтационным общением, имеющимся у Люка, и он, разумеется, не мог не попытаться получить из него хоть какое-нибудь представление большей картины происходящего.

– Ну, как мой подопечный сегодня?
– добродушно спросил Халлин, доставая из чемоданчика переносной сканер.

– В общем-то так же, как и последние семь недель, - ответил Люк просто, пытливо смотря на этого невысокого, худощавого человека, подходящего к нему с протянутым медицинским сканером.

– И как вам жизнь в таком ритме? Насыщена событиями?
– уточнил Халлин, считывая показания.

– О, сами знаете, ни минуты для себя, - с сарказмом ответил Люк, ища способ узнать от доктора какую-либо информацию, но чтобы это было не слишком очевидно.
– Как там жизнь в реальном мире?

– Если бы я знал, - сдержанно ответил доктор, смотря на показания.
– Нам не слишком позволяют выходить наружу.

Люк приподнял брови:

– Да что вы? Не могу представить, каково это.

– Как идет чтение? – посмотрел Халлин на оставленную открытой книгу на инкрустированном перламутром деревянном столике рядом с ними – тем самым аккуратно уклоняясь от смысла сказанного Люком.

– Ну, я закончил вчера последнюю книгу из шкафа, а утром обнаружил, что он уже заполнен полностью заново. Похоже на какое-то волшебство.

– Может, здесь побывала «книжная фея», - весело предположил Халлин.

– Она могла бы оставить мне пару кредитов, - откликнулся Люк в том же духе.
– Или хотя бы записку, написав что-то типа: «Ты – молодец».

Доктор взглянул на него с напускной серьезностью, на лице играла лишь чуть заметная улыбка:

– Ты - молодец.

– Спасибо, - мрачно ответил Люк.
– К сожалению, новые книги, как бы это ни было невероятно, еще более скучны, чем прежние. Поэтому я полагаюсь на вас в том, чтобы услышать хоть что-то мало-мальски интересное о происходящем за этими дверями.

Халлин вернул взгляд к сканеру, направляя его к месту соединения синтетической плоти протеза с кожей пациента, на губах появилась настоящая улыбка:

– Вы же знаете, что я не должен говорить об этом. Такие разговоры никак не помогут вам.

– Если они никак не помогут, почему бы тогда не перекинуться парой слов?

Халлин поднял на него глаза, выговаривая твердым, но искренним голосом:

– Мы стараемся помочь вам, Люк. Вы понимаете это?

Люк не смог удержаться от резкого вызова в ответе:

– Я понимаю, что вы держите меня под замком в этих комнатах изо дня в день.

– Что ж, если это поможет вам чувствовать себя немного лучше, то это весьма большие комнаты, - с легкостью заметил доктор, оглядывая крайне внушительные размеры жилья Скайуокера и надеясь рассеять его мрачный тон.

Одна только эта комната была близка к размеру всей квартиры Халлина, а если добавить к ней еще и крайне просторный освежитель, и изящную гардеробную, то, вероятно, она будет намного больше. Так что недавно полученная квартира доктора в Северной Башне в сравнении сразу казалась весьма миниатюрной. Внезапное вхождение в этот исключительный мир великолепия и избытка заставляло даже Халлина, выросшего в богатой среде столичной планеты, испытывать небольшую благоговейную дрожь и страх.

Но будучи сыном Вейдера его новый пациент на каком-то подсознательном, инстинктивном уровне должен быть привычен ко дворцу. К его непринужденно пышным стандартам и масштабам жизни, даже если он не помнил о них. Возможно, именно поэтому неприятие им роскошных, богатых комнат по-настоящему не трогало доктора.

– Поразительно, но это не помогает мне чувствовать себя лучше, - ответил Люк без колебаний.

– И это не кажется знакомым?
– рискнул Халлин.

– Быть запертым? Теперь чертовски знакомо.