– Неужели? К этому времени у меня бы должен быть агент там.

Поймет ли он масштаб игры? …не в этом состоянии. Однако Палпатину было любопытно, что тот сможет распутать.

Люк раздумывал довольно долго.

– Не среди тех, кого я знаю.

– Конечно, нет.

– Не врач. Альянс использует дроидов, а вы не доверяете искусственным машинам, плюс в них слишком легко обнаружить любые изменения в программе.

Он обдумывал, искал… Несмотря на огромную усталость, ум его мчался, как и всегда, соединяя части друг с другом, помня о нераскрытом агенте в высокопоставленных рядах Альянса.

– Весь командующий состав имеет доступ, но… - он отклонил версию, как неправдоподобную, раньше, чем договорил, выискивая другие вероятности.

– Может, кто-то из технических специалистов, кто-то, у кого есть доступ к полному хранилищу данных. У него должна быть возможность вытащить медицинские файлы и получить расшифровку кодов. Отдел информационной поддержки, может быть… кто-то, размещенный в комотделе… слайсер мог бы довольно успешно вытащить данные из проходящих передач.

– Отличная работа, джедай, - поздравил Палпатин с примесью оценивающей окончательности в голосе.

Долгие секунды Люк наблюдал за стариком… тот знал его теперь - но и Люк знал его тоже. И ощущал его внезапное желание завершить эту игру, усиленно пытаясь это скрыть.

Было что-то большее… что-то, чем тот не желал делиться…

– Если это был кто-то из информационной поддержки, то у него был полный доступ к существующим материалам, - глаза Люка сузились в понимании.
– Это означает, что он без проблем мог изменить прошлые записи.

Глаза Палпатина сощурились в ответ, мальчишка додумался до слишком многого, сложив больше частей, чем ожидалось.

– Твоя принцесса все еще предала тебя.

И наконец всё сошлось: необъяснимые кусочки головоломки встали на свои места, составив для Люка безупречную картину. Он знал основные факты – те, что ему давал Палпатин – но их было недостаточно, чтобы связать всё воедино. Должно было быть что-то еще. Ситх хотел не только достигнуть своей главной цели, но и развлечься. И сделал так, что Люк заключил сделку на освобождение Леи, отдав собственную свободу в обмен на свободу женщины, которая доставила Альянсу осуждающую его информацию. Всё встало на место.

– Именно поэтому вы хотели освободить ее, - это был не вопрос, не обвинение, только констатация факта.
– Вы связали меня со шпионом, не так ли? Поместили что-то в существующие материалы данных, но знали, что этого недостаточно. Вам был нужен кто-то пользующийся безупречным, безоговорочным доверием. Тот, кто принесет информацию, достаточную для того, чтобы смешать вашу ложь с настоящей правдой, и заставить всё казаться истиной. И именно поэтому вы освободили остальных - освободить только ее было бы слишком подозрительно. Но вы вынудили меня бороться за это, не так ли? Все это было частью вашей маленькой схемы.

Теперь он пришел в себя, чувствуя бодрость и слыша обвинение и горечь в своем голосе - глухом и странно пустом при этом. Как будто он говорил все это автоматически, испытывая на самом деле немного истинных чувств.

– Ничто из этого не меняет того факта, что она предала тебя. Я дал ей информацию, но у нее был выбор, джедай. И она могла выбрать молчание.

Люк протер рукой сухие, словно набитые песком глаза, удивляясь, как мало гнева он ощущал - гораздо больше было разочарования и покорности.

– Вы сделали это, чтобы держать меня здесь - оторвать как можно дальше от Альянса.

– Чтобы разъяснить тебе истинную степень их лояльности.

– И где находится ваша лояльность?
– обвинил Люк.

– Я не даю лояльность, джедай. Я требую ее.

Люк помотал головой.

– Я - не мой отец.

Это был первый раз, когда он назвал так Вейдера, первый раз, когда он признал какую-то связь со своим отцом - понял ли он это сам в такой напряженный момент? И не давая Люку времени для раздумий, Палпатин поспешил извлечь больше пользы из ситуации:

– Разумеется, ты похож на него. Намного больше, чем ты думаешь. У тебя его своенравие и его упорство, его решимость, его прямота… Ты даже внешне похож на него. И ты идешь путем, который он выбрал…

– Я не ситх!
– закричал Люк, приподнимаясь в свирепом опровержении.

Искренне очарованный, Палпатин пристально и долго вглядывался в штормовое выражение его лица… и когда ситх продолжил говорить, его голос был спокоен, как будто Люк вообще никак не отреагировал.

– У тебя его глаза… такие же гневные и такие же жесткие, такие же холодные. Изумительной пронзительной синевы, похожей на лед в темноте.