— Почему?

— Число хорошее. Впрочем, ладно, если что-то выцепишь, уговор наш остается в силе… Что-нибудь еще?

— Больше ни о чем спросить не хочешь?

Травник поднял голову.

— Например?..

— Например, не узнал ли я того, кто пришел их обменять.

Меняла тоже явно не спешил уходить.

— Ну и кто же это был?

— Нильс Торгесон, — ответил Гельмут, — торговый капитан. Его корабль снимается с якоря завтрашним утром, идет к Британским островам. Называется «Иггдрасиль». Найдешь его у желтого причала.

Травнику потребовалась ровно секунда, чтоб сообразить, куда тот клонит.

— Он не сказал, за сколько мест ему заплатили?

— За два.

Вот теперь Жуга умолк надолго.

— Ну что ж, — сказал он наконец, — спасибо. Ты мне и в самом деле очень помог.

Тил сидел на крыше, на самом ее гребне, прислонившись к теплой каминной трубе, откуда струился горьковатый угольный дымок. Сидел и смотрел на освещенные окна дома напротив.

— Рик, спишь? — подтолкнул он дракончика локтем. — Не спи, самое интересное пропустишь.

Тот вскинулся, зевнул и завертел башкой.

— Вон там, внизу, — подсказал Телли.

Дракончик выгнул шею, глянул вниз и встопорщил крылья, заприметив знакомую фигуру. Засучил ногами, когти заскребли по черепице, красноватые кирпичные крошки покатились вниз по крутому скату.

— Тихо, дурак! — прошипел Телли, ухватил его за шею и потянул обратно, — Тихо! Сам вижу, что Жуга… Сиди спокойно.

Травник шел по улице. Он шагал неторопливо, уверенно, по самой ее середине, не глядя на дома вокруг и не оглядываясь. Телли понял, что был прав в своих предположениях — путь его лежал в тот самый дом, напротив которого мальчишка и дракон облюбовали себе наблюдательный пост.

В том, что Телли увязался за Жугой, не было никакого заранее продуманного плана. Просто, выбравшись с утра на улицу, Рик тотчас же рванул на рынок подкрепиться, Телли погнался за ним, опасаясь, как бы чего не вышло, а поскольку день выдался солнечный и теплый и сидеть дома безвылазно не имело смысла, оба решили прогуляться. Вернее, это Тил решил прогуляться, а дракончик не имел ничего против — полдюжины прогорклых рыбешек, купленные Телли по дешевке, привели его в хорошее настроение. Купив себе пирожок и погрозив кулаком мелькнувшему на горизонте Румпелю-Щербатому, Телли направился к воротам Вавилонской башни — посмотреть, чего новенького.

И тут едва не столкнулся с Жугой.

Травник их не заметил. Тил сперва хотел его окликнуть, но поостерегся, сам не зная, почему. Жуга о чем-то договаривался с менялой в нише, что у въезда в переулок. Из рук в руки переходили деньги. Потом травник направился на другой конец рынка, как выяснилось вскоре — к другому меняле.

Он обошел четверых и Телли постепенно разобрало любопытство. Прячась за лотками и то и дело подзывая вполголоса Рика, так и рвавшегося вперед, он проследовал за травником до «Красного петуха», куда Жуга входить не стал, лишь постоял у заднего крыльца, затем — до «Башмаков».

— Слышь, Рик, — задумчиво пробормотал Телли, осторожно подсматривая за входом в корчму из-за угла, — а ведь он чего-то замышляет, наш Жуга. Как думаешь, а, Рик? Замышляет, а?

Рик высунулся посмотреть, что там, взглянул на корчму, на Телли, снова — на корчму, зевнул и отвернулся, явно не понимая, чего тут интересного. В это время дверь корчмы распахнулась и Тил поспешно потянул дракончика к себе за хвост. Рик возмущенно пискнул, но перечить не стал, тем более, что травник шел домой. Приятели двинулись следом.

Тил теперь был очень даже и не прочь вернуться тоже, но перед этим заглянул в окно и… снова решил подождать.

Жуга и Рудольф ругались. Старьевщик что-то объяснял, крича и наливаясь кровью, швырнул зачем-то на стол погасшую трубку, едва ее при этом не сломав, потом подобрал и раскурил опять. Жуга что-то сказал резко и отрывисто, потом вдруг суматошно завертел головой, вскочил и бросился к камину.

Когда он вернулся к столу, в руках его была доска с фигурками.

— Ой-ей, — пробормотал Телли, чувствуя, как нехороший холодок ползет вверх по спине, — ой-ей…

Таща за собой упиравшегося всеми лапами дракона, он отступил сперва за поваленный тополь, затем еще дальше, и в конце концов затаился в подворотне разрушенного дома напротив, запахнул плотнее куртку и приготовился сидеть здесь, по крайней мере, до темноты.

— Переждем, — сообщил он дракончику свое решение. — Может, пронесет.

Не пронесло. Травник бегал вокруг стола, тянул то за одну фигурку, то за другую, хмурился, хватался за голову, и вообще выглядел до жути расстроенным, если вообще не разозленным. Телли окончательно уверился, что не следовало ему утром трогать эти дурацкие фигурки.