— Быть по сему! — согласился Святослав.

Защемило отцовское сердце: даже Древлянская земля не хочет иметь князем сына рабыни! Что ж, он возьмет Владимира с собой, отец и сын станут с мечом и щитом на Дунае!

Однако не суждено было княжичу Владимиру на этот раз побывать на Дунае и встретиться с ромеями. Встретился он с ними и узнал им цену гораздо позже…

В зти же дни как-то к вечеру приплыли и стали на Почай-не несколько лодий. Подоляне,.знавшие хорошо лодии всей Руси, сразу видели, что они из верхних земель. Уже темнело, когда к лодиям спустились с Горы несколько бояр. Они поговорили с гостями и вернулись в город. В ту же ночь бояре побывали у лодий еще раз, — князь Святослав приглашал гостей посетить утром Гору.

Как оказалось, это были мужи нарочитые из земли Новгородской во главе с тысяцким Михалом. Тысяцкий ходил когда-то вместе с князем Игорем на греков, хорошо знал княгиню Ольгу, принимал ее вместе с боярами в Новгороде и устанавливал с нею ряд.

Михало привез и сейчас богатые дары княгине Ольге, имея наказ веча поговорить с ней, напомнить об установленном ряде. Однако мужи нарочитые долго ехали из Новгорода в Киев и только в дороге узнали, что княгини не стало.

Поднимаясь утром на Гору, куда их звал князь Святослав, тысяцкий Михало и все мужи новгородские остановились на Воздыхальнице, мимо которой шла дорога в город, и поклонились могиле княгини.

Потом они степенно, по два в ряд, в богатой одежде, в островерхих черных шапках, с золотыми цепями на груди, с посохами в руках, прошли через распахнутые настежь ворота и направились по двору, недалеко от требища свернули налево и вступили в княжий терем.

Встречал гостей князь Святослав с сыном Ярополком. Вокруг них стояли воеводы и бояре.

— Челом великому князю, его воеводам и боярам, всем людям города Киева, — начал Михало, сняв шапку и кланяясь.
– Нас послал Великий Новгород, дабы мы поклонились вам, принесли дары и говорили про ряд с княгиней Ольгой. Поскольку же княгини Ольги, матери нашей, не стало, вкупе с вами молимся за ее душу, величаем и просим князя Святослава с сынами своими принять дары, выслушать нас и блюсти установленный княгиней ряд.

Дружинники, стоявшие за тысяцким, после этих слов положили перед князем дары — шкуры, горючий камень, белый рыбий зуб.

— Спасибо Новгороду и всем людям вашей земли, — поблагодарил князь. — Молитву вашу о княгине мы приобщим к нашим молитвам, дары принимаем и благодарим, а ряд, установленный княгиней, да будет между нами и вами во веки веков.

После этого князь Святослав сел, рядом посадил Яропол-ка. Киевские мужи попросили гостей из Новгорода сесть на скамьи в палате, но тысяцкий Михало все стоял перед столом князя и ждал знака Святослава.

— Слушаю вас, мужи новгородские, — промолвил князь Святослав. — Что скажете о нуждах ваших?

— Нас послали новгородцы, — начал тысяцкий Михало, он говорил нараспев, немного не так, как поляне, но понятно и просто, — и люди всех верхних земель, дабы поведать, чо блюдем ряд с княгиней Ольгой и служим Киевскому столу. Не токмо Новгород и люди земель верхних — чудь заволоц-кая, весь, меря, вдоль и еще множество волостей тянутся к Киевскому столу. Посылаем мы, княже, и все, чо положено рядом: люди наши ратоборствуют вкупе с тобой-против греков, весной наши лодии с уставом будут волоком в Киеве. Одначе тяжело нам: есть в Новгороде вече и посадник и тысяцкие, но в волостях неспокойно — не вече и посадник новгородские должны рядить и судить волости, для того надобно князя имати. И не токмо потому мы должны князя има-ти: ужо конунг Свионии точит меч за морем, ужо видим мы на море шнеки их викингов, ужо в Ладоге олонесь они предали огню и мечу веси и погосты наши. Будет князь — скажем: «Веди нас против варягов». Так желает вся Новгородская земля.

Князь Святослав выслушал тысяцкого и почувствовал всю горькую правду его слов. Княгиня Ольга сделала хорошо, подтвердив старый и уложив новый ряд с Новгородом. Но сейчас люди новгородские звали Киев на помощь: к землям Руси подкрадывался враг с юга, а еще один коварный и хитрый враг угрожает из Свионии, из Упсалы.

— Разумею вас, мужи, — сказал князь Святослав, — но кого же хотите вы князем? Сын мой Ярополк сел князем Киева, Олега дал Древлянской земле, есть еще сын Владимир, но хочу имать его подле себя.

Тогда Михало сказал:

— Ведаем, княже, сколь тяжкое ныне время для Руси. Ведаем и то, что должен стоять ты на Дунае против ромеев; победишь, княже, и наш колокол тоже возвестит о твоей победе. И о Киеве мыслим: Ярополку тут сидеть, Олегу же — у древлян. Затем просим: дай нам Владимира. Советовались ужо мы и желаем его у себя князем имати.

Князь Святослав задумался, потом сказал Добрыне, стоявшему неподалеку от него:

— Кликни, воевода, Владимира сюда.

Добрыня вышел из палаты и тотчас вернулся с княжичем Владимиром.

Как только тот вошел, мужи новгородские поклонились и разом заговорили:

— Просим тебя, Владимир! Держать те, княже, Новгород по ряду, как установила княгиня Ольга.

Князь Святослав радостно улыбнулся. Ему было приятно, что в это трудное время славная земля Новгородская обращается к Киеву и что новгородские мужи просят к себе князем его сына. Радостно было князю Святославу еще и потому, что мужи новгородские просят себе князем Владимира — сына Малуши.

— Владимир! — обратился князь Святослав к сыну. — Новгород, великий город, просит тебя быть князем. Поедешь ли в Новгород?