Локеша нигде не было видно, но стоявшие вокруг меня солдаты, тихо перешептываясь, указали мне на командира демонической армии. Приглядевшись, я узнала в нем Сунила, брата Анамики. Страшный рев трубы потряс долину, и, повинуясь этому сигналу, армия демонов запела. Они топали ногами, ревели, визжали и выли хором, жуткие звуки эхом отражались от склонов горы и вновь неслись над долиной.

Это было страшнее самого страшного кошмара.

Наша армия первой перешла в атаку. Метательные машины выстрелили тяжелыми камнями, сокрушив десятки демонов. Камни застучали по склону горы, отколовшиеся куски скал стали падать в толпу, давя и калеча врагов. Но те не чувствовали боли: даже со сломанными ногами и крыльями они вставали с земли и снова начинали выть, ожидая приказа своего командира.

И вот приказ был отдан. На мгновение инфернальная армия резко притихла, затем ринулась в бой. Тысячи наших стрел затмили небо. Многие попали в цель, но разве могли стрелы остановить демонов? Чудовища вырывали древки из своих тел, швыряли их наземь и продолжали бежать вперед.

Армия Анамики ринулась им навстречу, и две могучие силы схлестнулись, как штормовые волны. Противники сошлись и бросились друг на друга, поле битвы в считаные секунды стало напоминать рой злых ос, вьющихся над растревоженным гнездом. Звон металла и вопли солдат неслись со всех сторон. Все новые и новые воины вливались в долину и бросались в бой с демонами Локеша. Вот китайская конница с лязганьем и грохотом понеслась вперед, прорубив широкий проход до самого центра вражеской армии, но не успела я возликовать, как черные летучие твари с кожаными крыльями и кривыми когтями упали с небес на колесничих.

Затем в атаку ринулись жуткие зомби, внешним видом напоминавшие помесь собак, волков, гиен и шакалов. Их узкие длинные морды скалились двумя рядами длиннющих острых зубов. Чудовища бежали на четырех лапах, стаями нападали на колесницы, стаскивая на землю колесничих.

В бой вступили слоны, зрелище и шум тысяч и тысяч могучих животных, с трубным ревом и громовым топотом несущихся на поле побоища, было поистине завораживающим. Шеститонные слоны, закованные в тяжелую броню, отражавшую копья и стрелы, промчались из-за дальних рядов через все поле на передовую, круша, топча и калеча все и всех, мешкавших убраться с их пути.

Cлоны раскачивали своими тяжелыми головами, они трубили и теснили демонов назад, пока не прижали их к склону горы, где лучники, сидевшие в башенках на слоновьих спинах, осыпали их градом стрел. Оценив обстановку, Сунил поднял в небо посыльных птиц. Пронзительными криками те призвали на битву мерзких кошачьих демонов, которые ловко увертывались от мечей и колючих палиц, прикрепленных к слоновьим бивням, и вскакивали нашим грозным животным на спины. Слоны взревели от боли, когда острые когти демонов стали рвать их толстые шкуры.

Вот один из слонов остервенело заметался, пытаясь сбросить с себя непрошенного седока, и опрокинул закрепленную у него на спине башенку. Тяжелый паланкин рухнул прямо под ноги перепуганному животному. Целая стая демонов с торжествующим визгом сомкнулась над еще живыми воинами, а остальные запрыгнули слону на спину. Несчастное животное оглушительно затрубило, закинув в небо хобот, потом поднялось на задние лапы. Но все было уже кончено. Со страшным грохотом измученный слон рухнул на землю, давя упавших, и демоны, как стая саранчи, накинулись на него.

Еще один слон, спасаясь от страшных котов, на бегу врезался в катапульту, разметав ее на куски и искалечив воинов, обслуживавших метательное орудие. Некоторые из солдат были иссечены мечами, прикрепленными к бивням слона, другие погибли под его ногами. Раненых добили демоны. Боевой слон издал последний отчаянный рев – и пал.

Потом я увидела флаг царства Мон и войско Ритисака, стремительно приближавшееся к Сунилу. Навстречу им устремились могучие рогатые демоны, вооруженные тяжелыми палицами, утыканными шипами. Демоны бежали, низко опустив головы, принимая противников на рога. Сойдясь ближе, они пускали в ход палицы, одним взмахом сокрушая сразу несколько человек.

За рогатыми демонами последовал целый отряд гигантских чудовищ. Они с ужасающими воплями бросились добивать раненых и упавших, терзая их своими когтями, жалами, клешнями и отвратительными скорпионьими хвостами.

Битва продолжалась, между двумя сражающимися армиями росла стена тел.

Мы проигрывали.

Где же Анамика?

Я несколько раз обвела глазами поле, прежде чем увидела ее в образе Дурги. Как ни странно, она не облачилась в синее одеяние богини, и рук у нее тоже было всего две. Анамика, держа в руках золотой лук со стрелами, стояла на большой колеснице, между двумя плечистыми верховыми воинами. Сердце немедленно подсказало мне, что это Рен и Кишан.

Братья были вооружены обычными мечами и деревянными щитами, и вместо золотых доспехов Дурги на них были самые простые латы, как у всех остальных воинов. Что за чепуха?

«Зачем целыми днями тренироваться управляться восемью божественными руками, чтобы в решающей битве появиться с двумя человеческими? Зачем создавать богиню – и не являть ее в бою? И где остальное оружие Дурги?»

Я отметила, что армия Амфимаха почти не понесла потерь. Строгие фаланги македонцев занимали внушительный участок долины. С того места, где я стояла, они напоминали огромного алого дикобраза, выползавшего из горного логова. Но сегодня богиня победы отвернулась даже от грозных македонцев. Демонические птицы с визгом кружили над их головами, демоны-кошки кидались на щиты и грызли зубами копья. Вскоре десятки тысяч храбрых воинов уже лежали на земле, как ряды рухнувшего карточного домика.