Всадники впереди нас остановились, и группа воинов собралась вокруг Хайвела и его знаменосцев. Я решил, что один из валлийских лазутчиков принес новые сведения, и теперь король держал наспех созванный военный совет, к коему поспешил присоединиться Анвин. Мы поднялись на широкое плато, где небольшие обрамленные каменными стенами поля перемежались неглубокими долинами, которые старательно исследовали лазутчики Хайвела. Рёгнвальд наверняка ожидал проблем и наверняка послал на плато собственных лазутчиков, но если Анвин был прав, у норвежца было гораздо меньше людей. Я подозревал, что он будет вести себя осторожно, предпочитая отступить к какой-нибудь возвышенности, которую легче оборонять, вместо того чтобы напрашиваться на стычку с воинами Хайвела на этом голом плато.

– Значит, где-то поблизости флот, - сказал Финан. Он прислушивался к моему разговору со священником.

– Будем надеяться, что не рядом с Ситриком, - отозвался я.

– Ситрик осторожен, - заметил Финан, - и уберется с их пути. Но что-то их встревожило, - ирландец кивнул в сторону собравшихся вокруг короля всадников, - а Ивар Имерсон - это тот человек, что должен встревожить.

– Ты его знаешь?

– Конечно! Он дрянной человек и здоровенный верзила, но ирландцы столь же громадные и дурные, так что они на него насели. И как следует.

– Так он ищет здесь земли?

– И послал сына, чтоб их нашел. Интересно, которого сына.

Я всегда удивлялся, откуда Финан узнает о том, что происходит в Ирландии. Он делал вид, что его это не интересует, настаивая на том, что навсегда покинул родную землю, но для человека, которому это совершенно не интересно, он слишком много знал. Кто-то наверняка присылал ему известия.

– И что происходит?
– спросил он, мотнув головой в сторону совета.

С севера примчались два лазутчика Хайвела и пробрались сквозь толпу окруживших короля всадников. Они пробыли там всего мгновение, после чего все валлийцы с гиканьем поспешили на север. Вести, привезённые ими, разнеслись по колонне, каждый раз сопровождаясь ещё более громкими выкриками. Некоторые воины вытащили мечи. Отец Анвин ожидал рядом с двумя королевскими знаменосцами.

– Язычники бегут! Они убегают!
– крикнул он мне. Он пришпорил лошадь и последовал за воинами Хайвела, которые теперь направлялись к северному гребню плато, где только что появился дым. Сначала я принял его за туман, но он слишком быстро сгущался. Горела деревня или дом.

– Кто-то добрался туда раньше нас, - крикнул мне Финан, направив свою лошадь ко мне.

– Похоже на то, - ответил я. Я согнулся в седле, содрогаясь от неизменной боли.
– Держитесь рядом!
– крикнул я своим людям. Я хотел, чтобы мои воины находились поблизости на случай сражения, чтобы их не приняли за врагов. Валлийцы знали друг друга, но увидев незнакомца, могли бы не раздумывая напасть на него.
– А ты держись в стороне, - обратился я к Эдит.

– Ты тоже, - сказал мне Финан.
– Ты ещё недостаточно окреп, чтобы сражаться.

Я промолчал, но почувствовал приступ ярости. Он, конечно, был прав, но правда не была от этого легче. Потом мы направились к горизонту, и я придержал лошадь. Валлийцы всё ещё скакали во весь опор, преодолев половину склона, который вел в глубокую речную долину. Это, как я понял, была долина Абергвон.

По правую руку от меня река текла сквозь густой лес, занимавший большую часть дна долины, а по левую руку - расширялась и сливалась с открытым океаном. Поселение Рёгнвальда располагалось на дальнем берегу, там где река сливалась с морем, и этот охраняемый холмами участок был полон кораблей.

Там, должно быть, было тридцать кораблей или больше, гораздо больше, чем могло принадлежать Рёгнвальду, если, как утверждал Анвин, он имел лишь чуть больше сотни воинов. Значит, этот загадочный флот из Ирландии, видимо, вернулся в Абергвон, а теперь снова покидал реку. Корабли направлялись к морю, их весла били по воде, а паруса наполнялись и провисали при порывах легкого восточного ветра, сменяемых затишьем. А за ними, на северном берегу реки, пылало поселение.

Подожгли его не враги. Не было ни следов сражения, ни тел, а те люди, что еще бегали от дома к дому, от дома к амбару, подкидывая горящие ветки на соломенные крыши, не были одеты в кольчуги. Рёгнвальд покидал это место и не намеревался оставлять после себя что-либо ценное. Подожгли и частокол, а ближайшие ворота уже яростно пылали. Отец Анвин был прав - норвежцы бежали, но не потому, что пришли люди короля Хайвела. Рёгнвальд, должно быть, решил соединить свои силы с флотом из Ирландии в поисках нового места, где сможет осесть.

Флот двигался в сторону моря, но на берегу оставалось еще два боевых корабля. Видимо, то был арьергард, эти корабли принадлежали тем людям, что поджигали дома. Обоими управляли полдюжины человек, налегавшие на корму, чтобы столкнуть корабли в отступающие с отливом воды.

Валлийцы уже находились в нижней части долины, скрытые деревьями. Мы последовали за ними, нырнув в лес и слыша крики двигающихся впереди людей Хайвела. Тропа вела к броду. Реку заливали морские воды, и теперь, подхваченная приливом, река быстро бежала по мелководью. Мы прошлепали по ней и свернули на запад, к противоположному берегу, по восточной дороге, проходившей вдоль быстрой реки, а потом вышли из леса и увидели перед собой горящее поселение Рёгнвальда. Некоторые воины Хайвела уже находились за стенами, оставив своих лошадей в окружающих частокол полях. Большой кусок частокола рухнул, вероятно, дерево сломалось из-за пожара, и всё больше валлийцев перебиралось через тлеющие бревна со щитами и оружием в руках. Они исчезли в окутанных дымом переулках.

Я услышал крики и лязг мечей, а потом соскользнул с седла и велел своим людям держаться вместе. Разумно было остаться за пределами горящих стен. У нас не было ни щитов, ни мечей, ни копий, лишь короткие мечи, и как чужестранцев нас легко могли принять за врагов, но как и Финан и все остальные, я горел желанием узнать, что произошло внутри.

– Держись поближе ко мне, - велел я Эдит.

Из дыма вылетела скопа, быстро махая крыльями, и эта бледная вспышка покрытого перьями великолепия полетела на север, а я гадал, что это предзнаменовало. Я дотронулся до рукояти Осиного Жала, своего короткого меча, и пересек неглубокую канаву, окружающую поселение, взобрался на ее берег и последовал за Финаном и своим сыном через обугленную древесину.