– Семен, прекращай шутить. Ты сам говорил, что твой архивариус уже отходит. Этот молодой человек поможет решить проблему. Ты потом за такого работника руки мне будешь целовать.

– Я буду Вас всю целовать, без исключения если это да.

– Всю не всю, но кое куда будете. Парень сможет самостоятельно разобраться в картотеке, печатать ответы на запросы. Подготавливать справки и командировочные удостоверения. Ваша же последняя секретарша как я слышала беременна, как и предыдущая? Вот он и Вам кое что поможет печатать. Знакомьтесь, и только сейчас поняла, что не знает, как зовут ее протеже.

– Павел - представился Шатов.

– Сейчас проверим, какой такой Павел и Семен жестом пригласил соискателя подойти к печатной машинке.

– Дай парню освоиться. Что за экзамен.

– Никакого экзамена. Просто нет времени. Надо к вечеру напечатать кучу документов.

– Семен, совсем от радости голову потерял? Мальчишке на виду совсем не место. Печатать вместо старой секретарши рядом с твоим кабинетом. Знаешь, что добрые люди скажут? Спровадил наш кобель секретаршу в роддом, а на ее место взял симпатичного парня. Они ведь злые-люди то. Потянуло на мальчиков? Давно по статье плачет? Или что-нибудь еще придумают.

– Он симпатичненький, ты права. Разговорам только начаться, а там без вины станешь виноватым. Нельзя, спасибо, спасла от беды. Пойдем лучше в хранилище.

Архив находился в полуподвальном помещении. Сразу у входа начинались многочисленные стеллажи. На удивление здесь сухо и тепло. Потолок низкий, узкие окна располагались почти под потолком, выглянуть в них можно было только встав на цыпочки. В глубине, под окном находился рабочий стол, рядом с ним диван. Немного в стороне обеденный стол со стульями. Вся мебель была добротной и в очень приличном состоянии. От остального пространства архива этот уголок был отгорожен шкафами, достающими практически до потолка и огромным металлическим ящиком, заменявшим сейф. Усевшись на диван, Семен продолжил:

– Сейчас тебе, Павел, принесут образцы исходящих документов. Телефон на столе - городской. Сам никому не звони, линия, спаренная.

Если поступит телефонограмма, запишешь все, что скажут в этот журнал. Будут запросы - напечатаешь ответ и передашь курьеру. Черт, курьера то сейчас тоже нет, значит положишь на стол. Придется тебе побегать и вместо курьера, займешься этим с понедельника. К сожалению, больше помочь тебе не могу. С картотекой тоже самому придется разбираться. Будем надеяться, что справишься самостоятельно. Ко мне обращайся только в самом крайнем случае.

Вторая твоя обязанность - делать записи в документах. Как это делать, тебе подскажут.

Третья-печатать приказы и распоряжения руководства и доводить их до указанных лиц. Список сотрудников на этом листочке. Все это ждет вечера. Неотложное дело - напечатать вот эти заявки на лекарства и продукты. Закончишь, поднимайся наверх, отдашь кому-нибудь в аптеке, там знают, что дальше делать. Заодно поговоришь с Михаилом Михайловичем по поводу записей в солдатских книжках. Держи ключ. Когда приходишь и уходишь вешаешь его обязательно на стенд в приемной. Он у нас в единственном экземпляре. Если секретарская закрыта, то запасной ключ от нее в пожарном ведре на стенде. Будь внимателен никто без тебя не имеет право входить в помещение архива. Секретных документов здесь нет, но важных бумаг точно хватает. Сейф всегда будет закрыт, тебе он вообще не нужен. К печатной машинке относись аккуратно. Она моя личная, практически новая, чемоданчик от нее под столом. Будешь хорошо справляться, я тебе ее подарю. Рабочий день у тебя укороченный. Приходишь в восемь по понедельникам, средам и пятницам, а уходишь в шесть, если нет срочной работы. В остальные дни разрешаю приходить к девяти.
– и маленький ротик изобразил подобие улыбки.

Получив задание, Павел остался в архиве, а Семен с Евгенией, как он ее называл, отправились по своим делам.

– Ох непрост этот еврейчик, с какой злостью зыркал, когда думал, что его никто не видит, впрочем, Евгения Андреевна все чувствует, но, видимо, не придает значения.

Разобраться с печатной машинкой оказалось просто. В сарайчике была старенькая портативная "Москва", которую он починил и продал. Так что как крепятся катушки и переключаются регистры Павел представлял. Вот к работе с клавиатурой пришлось приспосабливаться значительно дольше. Особенно трудно оказалось бить по клавишам. Учился то он печатать на электрических. С грехом пополам удалось. Хорошо, что навык печати на похожей клавиатуре имелся. Через некоторое время дело пошло на лад. Работать пришлось много и у Павла присутствовали сомнения, что кисти и пальцы выдержат. До самого вечера вверх-вниз по этажам выполняя срочную работу. Прекратилась беготня уже в сумерках, когда Семен сказал:

– На сегодня все. Ночевать в архиве запрещается. Напоминаю, что ключ должен висеть на своем месте. Учти, пока ты числишься за отделением, есть и спать можешь там, но во вторник тебя выпишут. Считай, что ты условно принят на должность заместителя главврача по архивной работе с испытательным сроком. Продовольственные карточки и аванс получишь в бухгалтерии в понедельник. Сейчас от руки напишешь заявление о приеме на работу. Кстати можешь написать и просьбу о выдаче подъемных. Только обязательно там укажи, что поручиться за тебя могут Евгения Андреевна и Игорь Петрович. Это пустая, но необходимая формальность.

– Конечно напишу. Только как писать, я не знаю.
– Павел развел руками.

– Сейчас я тебе набросаю черновик. Заявление отдашь в отдел кадров сам, а просьбу на материальную помощь я подпишу, и ты с ней пойдешь в бухгалтерию.

– Спасибо, огромное, а можно эти бумаги я завтра напишу, а то за день руки так устали, что трясутся. Боюсь не смогу перо удержать и кляксы понаставлю.

– Хорошо, подготовь к утру понедельника.