– Откуда? – небрежно усмехнувшись, поинтересовался Закирзянов.

– Да достраивается тут один дом в Клыках. Он был на Минюст рассчитан, но сейчас начальство с ними как бы поссорилось. И нам вроде должно что-то обломиться. Трехкомнатную не обещаю, но двухкомнатная будет. Честно. Бляха, и мне не веришь, да?..

– Да верю я, Гафурыч, верю, – сказал Марсель. – Да кабы только от тебя все зависело… Ладно, спасибо. Пойду я.

– Рапорт забери, – попросил комбат.

В тот же вечер всех шелковских собрали в министерстве и после короткого инструктажа разбросали по КПМ и райотделам на административной границе Татарстана. Закирзянову и Иванькову досталась точка на стыке Нурлатского района и Самарской области.

КПМ «Юг», административная граница Самарской области и Татарстана.

27 мая

Откровенно говоря, капитан Кириллов никаких проблем не ждал как минимум до Пестречинского района, примыкавшего к Казани – по карте это было километров 150. И на подходах к первому татарскому КПМ велел сбавить скорость, скорее, из вежливости. А также из опасения, что наверняка дрыхнущие гаишники, разбуженные грохотом колонны, начнут беспорядочно метаться и, например, угодят под технику. Это в лучшем случае. Опыт сотрудничества с дорожными инспекторами в условиях, близких к полевым, Андрей получил давно – и оказался тот беспросветно негативным. Поэтому капитан безо всякого инструктажа пообещал себе быть предельно вежливым, тихим и подторможенным. Во избежание. Впрочем, и инструктаж он выслушал с предельным вниманием – несмотря на то, что каждый из слетевшихся со всех сторон начальников говорил, в принципе, одно и то же, наводя на личный состав обморочную тоску.

Лицо старлея, подошедшего к головному бронетранспортеру, показалось Кириллову знакомым. Наверное, только показалось – сроду он в Татарии не был, с тамошними ментами пересекался по такой касательной, которую можно и не считать – в том числе и Чечне, откуда три дня назад выдернули Кириллова вместе с его отрядом. Наверное, облачение давало ложную подсказку: встречающий был не в традиционной униформе со светоотражающей аббревиатурой «Дай, пожалуйста, стольник», а в камуфляже, жилете с «разгрузкой» и при пистолете-пулемете «Бизон». Капитан легко спрыгнул с брони и зашагал к старлею, включая самую обаятельную из своих улыбок. Козырнул первым и, без особого усилия перекрикивая незаглушенные дизеля, сообщил:

– Принимайте гостей, начальник. Прибыли, понимаешь, в ваше распоряжение – крепить оборону и о-бес-пе-чивать национальную безопасность.

Старший лейтенант, без выражения глядя на него, что-то беззвучно сказал.

– Прости, не слышу, – извиняющимся тоном заорал Андрей.

Старлей, все так же скучно глядя на капитана и не снимая рук с висевшего на животе «Бизона», двинул пальцем в сторону головной машины, а потом той же рукой изобразил закрывающуюся пасть. Кириллов начал злиться: во-первых, не так уж громко стучали дизеля. Во-вторых, полковник два раза повторил, что колонна должна выйти на исходную к семи утра, так что любую задержку пришлось бы компенсировать форсажом и нервотрепкой по пустякам. Наконец, это было просто хамство, объясняться со старшим по званию знаками – причем, если бы капитан не смотрел на руки татарского мента, он бы просто этих знаков не увидел. И что тогда?

Ладно, разбудили человека зря, стольник, очевидно, не дадим – вот он и злится, решил Кириллов и заорал, все так же лучезарно улыбаясь:

– Извини!

Запрыгнул на броню и дал команду заглушить моторы. Старлей истуканом торчал на пути, равнодушно рассматривая колонну (сэндвич из трех БТР-120, два спереди, один сзади, а между ними – пара шестиколесных камазовских вездеходов «Мустанг» с брезентовыми тентами), пока не заглох движок замыкающего БТР. Дизель слегка барахлил, потому напоследок выдал довольно неприличную очередь. Только после этого гаишник перевел взгляд на вернувшегося Андрея и сообщил:

– Старший лейтенант Закирзянов. Ваши документы, пожалуйста.

– Какие? – заржал Кириллов. – Права или путевой лист?

– А мне одинаково, – сказал старлей и замолчал.

Подождав пару секунд, Кириллов вздохнул и полез в нагрудный карман за удостоверением. Старлей внимательно прочитал все, что там было написано, кивнул, и снова уставился капитану куда-то в нос, непонятно пробормотав «И все такие разные».

Андрей добродушно поинтересовался:

– Ну что, командир, можем ехать?

– Нет, – сказал старлей.

– Здрасьте, – все еще весело удивился капитан. – А почему?

– А потому, товарищ капитан, что я до сих пор не получил объяснения, зачем капитан спецназа внутренних войск из Самары во главе колонны броневой и, я вижу, прочей спецтехники направляется в соседнюю республику.

– Так я вам объясню, товарищ старлей, – сказал Кириллов, стараясь хранить жабье хладнокровие. – Капитан спецназа и переданное в его распоряжение подразделение выполняет приказ. Вышестоящего начальства.

– Могу я ознакомиться с приказом? – поинтересовался старлей.

– Нет, – ответил капитан все еще спокойно. – Это мой приказ и моего начальства.

– А это мой пост, – объяснил старлей. – И у меня есть приказ на этом посту обеспечивать общественную безопасность.

– Извини, лейтенант, а ты что, правда считаешь, что мы безопасности угрожаем? Типа злые соседи пришли захватить татарскую землю? – ухмыльнувшись, поинтересовался Андрей.

Старлей наклонил голову набок, помолчал секунду и сообщил: