Сердце мое сжимается в груди. С одной стороны, я рада, что Джош и Джордан приспособились, но с другой – мне хочется, чтобы они больше показывали, как скучают по Крису. Знаю, что в глубине души они скучают, но удивительно, как ко всему можно привыкнуть, особенно если это тянется довольно долго. Командировки Криса стали для них нормой.

Позже тем вечером разговариваю по телефону с мамой.

– Крис будет в отъезде почти весь месяц, – говорю я.

– Ох, Клер, – вздыхает она. – Мне это совсем не по душе.

Мама считает, что мне не безопасно проводить столько времени одной – из-за диабета. Всю жизнь у нас идет борьба между ее тревогами и моим стремлением к независимости. И я понимаю маму. Особенно после того, что произошло дома у Дэниела. Мне хочется думать, что я смогла бы справиться самостоятельно, но я не уверена в этом.

– В праздники всегда напряженно, – говорит она. – Как дети восприняли новости?

– На удивление спокойно. Даже слишком.

– Понятно. Что ж, мы с папой будем рады принять их с ночевкой на выходные. А ты смогла бы сделать рождественские покупки. Сходить на маникюр. Пообедать с друзьями. Клер, передохни.

– Было бы здорово. Спасибо.

Кому: Крис Кэнтон

От кого: Клер Кэнтон

Тема: Re: Декабрь

Все в порядке. Я разберусь с рождественскими покупками и прочими делами. Дети все понимают.

Закрываю ноутбук. Наверное, мой краткий ответ и упоминание того, что дети все понимают, покажутся равнодушными, будто никому из нас больше нет дела. И хотя меня раздражает, что Крис уделяет мне мало времени, когда бывает дома, я знаю, что он каждый день работает, хочет он того или нет. Вдали от дома и семьи.

А в этой ситуации чуть большее чувства с моей стороны могло бы сыграть важную роль.

С наступлением холодов Дэниел перешел на занятия в помещении – на беговой дорожке в одной из гостевых комнат.

– Я бы лучше бегал на улице, – говорит он. – Но мне не хочется поскользнуться на льду и сломать ногу.

Обычно он бегает рано утром, но вчера ему пришлось работать допоздна, и когда я приехала к нему в полдень, он только встал с постели.

– Лентяй, – сказала я, увидев его на пороге с растрепанными волосами, в помятой футболке и штанах от пижамы.

– Ага, я еще не выспался. – Он зевнул и потер глаза.

Дэниел позавтракал и прочитал газету, а теперь тренируется на беговой дорожке. Сегодня я принесла с собой ноутбук. Жужжание тренажера и ритмичный стук ног Дэниела смешались с щелканьем по клавишам. Закончив тренировку, он заходит в гостиную – в одних лишь спортивных шортах и с обнаженным торсом. Вытирает лицо полотенцем и отхлебывает воды из бутылки.

Я наблюдаю, как вздымается его грудь, покрытая капельками пота. Дэниел стоит в нескольких шагах от дивана и тяжело дышит. Его шорты слегка приспущены на бедрах, и я вижу рельефные брюшные мышцы и полоску волос, идущую вниз. Слева от пупка замечаю шрам, который скрывается в шортах.

Встаю и подхожу к Дэниелу. Слегка наклоняюсь, чтобы рассмотреть шрам.

– Как это произошло?

– Ножевое ранение. Я на горьком опыте узнал, что лучше не отбирать кокаин у человека, заранее его не обезоружив. – Он делает еще один глоток воды. – Ошибка молодости. Больше такого не допускал.

– Понятно.

Не осознавая, что делаю, и даже не успев подумать, я кладу ладонь на живот Дэниела и провожу пальцем по шраму. Буквально вижу, как вонзается в кожу нож, оставляя рваную кровоточащую рану. Дэниел стоит ровно, не смея шевельнуться.

– Наверное, было больно.

Мои ладони холодные, а тепло, идущее от Дэниела, волной разливается по моей руке, проникая и в другие части тела. Знаю, что должна убрать ладонь, немедленно прекратить этот контакт, но я не в силах.

Дэниел пристально следит за мной из-под опущенных ресниц.

– Это было уже давно, – бормочет он, затем берет мою руку за запястье, отводит ее и отступает на пару шагов. – Мне нужно в душ.

– Хорошо, – отвечаю я, смущенная своим поведением.

Сажусь обратно на диван и пытаюсь сосредоточиться на работе. Моется Дэниел довольно долго.

Позже, когда мне пора уезжать, я интересуюсь его планами на Рождество.

– В рождественскую ночь я поеду к родителям. А на само Рождество дежурю.

– Жалко, – говорю я.

– Все нормально. Лучше уж я поработаю, а кто-нибудь из семейных возьмет выходной.