— Кто засвидетельствовал новое завещание?

— Слуги — им, по словам близнецов, заплатили и пообещали не выгонять, если Розанна станет наследницей.

— Откуда близнецы узнали, что Енох был недееспособен?

— Рика ссылалась на помощницу лечащего врача Еноха, — той нравилась музыка «Вурдалака». Однако незадолго до начала тяжбы доктор умер от инсульта. Обыск в кабинете ничего не дал: история болезни Еноха исчезла.

— Кто же ее украл? Розанна с Флетчером? Или близнецы?

— Близнецы использовали бы ее на суде.

— Главным свидетелем Розанны был Флетчер, верно?

— Да. Который, как известно, играет в гольф с судьей Гербертом Джекменом.

— Как реагировал на тяжбу Джекмен?

— Его чуть удар не хватил. «Вурдалак» тогда уже считался чумой и порчей здешних мест, шикарная ньюпортская публика воротила от него нос. Кто были близнецы? Местное отребье, кривлявшееся в дешевых клубах за презренный металл. Джекмен назвал их «гнусными исчадиями Дьявола», а их иск — подлой попыткой замарать имя известнейших и достойнейших граждан Род-Айленда и вытянуть у них деньги, каковую попытку он, судья Джекмен, пресечет, призвав на помощь всю величественную силу Закона. Или что-то в этом роде.

— Ты видела слишком многих судей за работой, — поморщился Чандлер. — Мы говорим о весне 1985 года, правильно?

— Да. О событиях десятимесячной давности.

— Я знаю, что Рика — солистка «Вурдалака» и выступает под псевдонимом Эрика Цанн. А какое отношение к группе имеет ее брат Сакс?

— Он текстовик, постановщик и басист. Его псевдоним — Аксель Крипт.

13 : 11

На доставку машины в местный гараж и на ремонт ушло несколько часов. Затем они поспешили в город. По дороге на Кеннеди-плаза (улицы Провиденса уже расчистили) Чандлер вбирал взглядом «Балтимор-отель», здание ратуши, похвалявшееся мнимым сходством с Лувром, вокзал с амтраковскими поездами и загадочное строение, увенчанное на высоте четырехсот футов огромным зеленым фонарем.

— Это старое здание банка Морфлота, — пояснила Кэрол. — По-местному, «дом Супермена» — оно похоже на «Дейли планет».

Офис ФБР на Кеннеди-плаза занимал комнату 210 на третьем этаже красного кирпичного здания Министерства почтовых служб и федеральных учреждений США. Устланную коврами приемную украшали печать ФБР, плакаты с изображением Десяти Находящихся В Розыске Самых Опасных Уголовных Преступников США и портреты Эдгара Гувера и судьи Уильяма Вебстера. Единственный ряд окон в небольшом кабинете за приемной выходили на Плаза, на серое здание суда. Всю наиболее важную работу здешнему отделению спускали из Бостона.

Кэрол Тейт битых полчаса говорила по телефону, стоявшему у компьютера. Вскоре после того, как она повесила трубку, в кабинете застучал телетайп. Когда стрекот умолк, Кэрол оторвала верхний лист и уселась за стол напротив Чандлера.

— Бостон кое-что проверил, — сообщила она. — Интерпол помог составить схему перемещений. С чего начать?

— С Розанны.

Кэрол внимательно просмотрела распечатку.

— Розанна Кийт вылетела из Ванкувера рейсом Сиэтл-Нью-Йорк в субботу 11 января. На следующий день она прибыла в Ньюпорт, штат Род-Айленд. Когда наши ребята по твоей просьбе первый раз говорили с Флетчером, он сказал, что 13 января, в понедельник, она приходила к нему в контору обсудить кое-какие имущественные вопросы. Он — единственный душеприказчик Еноха Кийта.

— Пока Розанна жила в Ванкувере, Флетчер ежемесячно посылал ей чек на двадцать пять тысяч американских долларов, — заметил Чандлер.

— Я говорила тебе, что у Флетчера свои юридические и налоговые проблемы? — спросила Тейт.

— Нет.

— Тогда слушай. Налоговая инспекция совместно с министерством финансов проанализировала все дела, которые он вел, имея в виду выдвижение обвинения в уклонении от уплаты налогов и нарушении доверительным собственником своих обязанностей. Этот субъект живет по-царски. Есть подозрение — к сожалению, не доказанное — что он отмывает и укрывает деньги своих клиентов. Обычно суммы идут через банки на Багамах и Каймановых островах, иногда используются номерные счета в банках Швейцарии. Налоговые власти не могут проследить всю цепочку, поскольку то и дело упираются в глухую стену конфиденциальности отношений адвоката с его клиентами. Но мы получили доступ к банковской документации Флетчера, и нам точно известно, что после отклонения иска по завещанию Еноха Кийта львиная доля его капиталов была переправлена на юг и за пределы страны. Ежемесячное содержание Розанне Флетчер выплачивал из оставшихся наличных.

— Куда делась основная часть денег? — спросил Цинк.

— Попробую догадаться, исходя из фактов. В среду, пятнадцатого января, через два дня после визита в контору Флетчера, Розанна улетела из Провиденса в Цюрих.

Чандлер задумчиво кивнул:

— Итак, Розанна прилетела сюда из Ванкувера, чтобы встретиться с Флетчером и получить доступ к швейцарским деньгам. Можно это проверить по официальным каналам?

Тейт покачала головой.

— Если деньги лежат в Швейцарии на номерном счете, нам их не обнаружить. Швейцария начала предоставлять нам информацию по банкам совсем недавно, да и то в самых редких случаях. Мы ничего не добьемся. Розанна Кийт — законная хозяйка этих денег.

— Она по-прежнему в Швейцарии? — спросил Чандлер.

— Нет. Три дня спустя она вылетела в Лондон.

— Хм. Туда же, куда прошлой весной после суда отбыла с «Вурдалаком» Рика Хайд?

— Какой ты дога-адливый, голуба, — протянула Кэрол Тейт.

Цинк засмеялся.

— Мурлычь так почаще. Завлекательно — сил нет.

— Ха! Знаешь, сколько я избавлялась от этой привычки?

— К своей выгоде и к несчастью для меня, — вздохнул Чандлер. — Давай дальше про Рику.

Агент ФБР снова заглянула в распечатку.