Денис поморщился. Как все-таки женщины умеют делать больно. Одним-двумя словами, точно попадая в самое уязвимое место, которое они прекрасно у тебя видят…

– Подождите… Ну… в общем, да… То есть, значит, вы со мной тогда, как с идиотом…

– Это главное сейчас? – Она опять села перед ним.

– Нет. Конечно, нет. Вы мне скажите, вы что-то делали?

– На ваши деньги? – засмеялась Лариса. – Ну да. Только я не уверена, что должна вам это рассказывать.

– Лариса… Геннадьевна… Я прошу вас…

– Зачем вам это?

– Я… был идиотом… Я был пьян… Потом я пытался вас найти… остановить… Правда пытался! У меня все так потом сложилось в жизни… вернее, не сложилось… Все как-то не так пошло… Вкривь и вкось… Я… я не знал, где ее искать, жива ли она… То есть я думал, что с ней что-то случилось, и не знал, с моей ли помощью… Прошу вас, Лариса, будьте милосердны, даже если я вызываю у вас только… ну, понятно что… Расскажите мне все, что знаете…

Лариса очень внимательно смотрела на Дениса, пока он с трудом формулировал то, что казалось таким простым, пока он не увидел ту, которой он тогда… Больше ведь никто и никогда не слышал от него таких слов, никто не знал о нем этого. Он надеялся, что не знал… Она встала, прошлась по своему маленькому кабинету и пересела на другой стул, чтобы лучше видеть его лицо.

Лора поехала в Израиль на конгресс детских врачей, потому что из всех хирургов своего отделения она одна хорошо знала английский. После трех дней обмена опытом, добрая половина которого в ближайшее время вряд ли могла ей пригодиться из-за проблем российской бесплатной медицины, финансируемой по остаточному принципу, участникам конгресса были даны два свободных дня. Лора бы с большим удовольствием сразу уехала обратно – ее ждали пациенты, мама, ее лучший друг – веселый и породистый доберман-пинчер, ложившийся ничком в Лорино отсутствие и страдавший до ее прихода. Но билеты трем врачам из России были куплены заранее, и Ларисе пришлось остаться.

Она почти не удивилась, когда позвонил ее сосед по даче, которого она знала еще мальчишкой. Он был младше ее лет на десять, поэтому они близко не дружили, но виделись на даче постоянно. Так всегда и бывает: стоит выехать за границу, как твой телефон вспоминают самые неожиданные люди, как правило, просто так – спросить, как дела…

– Лариска, я слышал, что ты в Израиле, и именно поэтому и звоню, – сразу предупредил Евгений. – Мамы наши активно перезваниваются перед началом посевной, и моя даже просила твою, чтобы ты привезла какой-то редкий инсектицид, то ли от гусениц, то ли от тли…

– Ну конечно, я поищу, – улыбнулась Лора.

– Да нет, ну брось, ерунда какая. Разберутся и здесь с тлей. Я вот что хотел тебя попросить. Ты ведь в Рамат-Гане, говорят?

– Да.

– Прекрасно. Там сейчас один мой товарищ немного… как тебе сказать… сама увидишь… нервный. Что-то у него такое произошло… В общем, он ищет… гм… киллера, чтобы кого-то, соответственно, убить. Надо помочь человеку.

– Подожди, Женя! Чем я могу помочь? Сообщить в полицию? Или дать ему валерьянки? Клизму сделать?

– Нет. Ты… Я подумал… Я представлю тебя как киллера.

– То есть как наемную убийцу, – уточнила Лора. – Ну ты даешь! А я похожа?

Евгений засмеялся:

– Все врачи немного похожи. Черный юмор, не обижайся.

– Да… сосед… Лучше бы ты попросил меня печь тебе переложить…

– Лорка, слушай, мы же знаем друг друга сто лет. Ну не получится – ладно. А так, может, ты ему и поможешь. Прошу как старшего товарища. Главное, узнай, кого и зачем он хочет… гм… убить… заказать…

– А не тебя, случайно?

– Да нет. Похоже, то ли жену – может, ревнует ее, он такой романтик, – а может, еще какую-то женщину, я не очень понял, если честно. Или соперника… В общем, из него дым идет, глупостей может наделать.

– Ну хорошо. Допустим, я узнаю, и что дальше?

– Если получится, отговори его, ну или там сама смотри, по ситуации… Согласись, чтобы он думал, что кто-то готов реализовать его бредовый план. А он тем временем остынет. Ничего лучше я не придумал. Просто если ему отказать, он будет искать кого-то другого. И сам влипнет, и, не дай Бог, правда, кого-то убьет.

– Хорошо, Жень, пусть звонит. Чудно€, конечно, но… А у него с головой все в порядке, кстати?

– Вот ты как раз и скажешь мне потом, как врач.

– Жень, я с идиотами не работаю. Я голову могу отрезать в случае чего. Я же хирург, не психиатр.

– Лорка, ну посмотришь по ситуации. Шутки шутками, а может, мы с тобой и правда остановим его от плохого шага, очень плохого.

– Хорошо, Женька, я попробую. Значит, представиться киллером, да?

– Ну прости, Лорик. С меня бутылка.