Шрифт:
Впереди что-то приглушенно стукнуло.
– Эдгар?
Почему он не отвечает?
Я уловила запах древесных опилок, мои глаза силились приспособиться к слабому свету, просачивающемуся сквозь окна-розы. [84] Таких окон было три, и они выходили на три из четырех сторон света. В полумраке я смогла разглядеть лишь нечто, напоминающее тюки хлопка, наваленные в центре помещения. Если не считать этих тюков, тут было холодно и пусто.
Над головой я ощутила какое-то движение воздуха, подняла глаза и во тьме скорее почувствовала, чем увидела массивный маятник, размером с целое дерево, мерно раскачивающийся взад-вперед.
84
Роза – большое круглое окно с фигурным переплетом в виде симметричного цветка или звезды.
Где же Эдгар?
Взгляд уперся в красный лоскут. Кокну была прислонена длинная лестница, а к ней алой лентой крепился свернутый в трубочку листок.
Над моей головой вдруг захлопали крылья, и я испуганно отшатнулась.
– Эдгар!
Мимо неспешно раскачивающегося маятника пролетел голубь и ударился в стену, взъерошив перья.
Испуганно схватившись за сердце, я увидела, что один из лепестков оконной розы не застеклен, как остальные. Наверно, бедная птица залетела через него сюда, а теперь не могла понять, как ей выбраться.
Свернутый листок молча манил меня к себе. Неуверенно ступая по грубому дощатому полу, я подошла к лестнице, взяла листок в руки, развернула и поднесла к свету. «Жди меня».
Я проследила взглядом за лестницей, которая высоко наверху упиралась в открытое окно. Мне не нравились подобные игры. Совсем не нравились. Нельзя так обращаться с женщиной, которая носит твоего ребенка, пусть даже ты не знаешь об этом, с болью подумала я. Мистер По не стал бы так поступать, если б любил меня.
Миссис Эллет говорила: чтобы на самом деле понять мистера По, нужно читать его книги. Он этого не отрицал. Будучи писательницей, я прекрасно знала, как много в каждом моем произведении от моей личности, неважно, входило это в мои намерения или нет.
В памяти замелькали страшные рассказы мистера По, героини которых, невинные женщины, были убиты: «Убийство Мари Роже», [85] «Черный кот», «Падение дома Эшеров». Даже в «Овальном портрете» жена художника умирает, когда тот добивается успеха.
Безумие распространяется, будто капля чернил в воде, и скоро невозможно будет понять, кто безумен, а кто – нет.
Мистер Бартлетт предупреждал, что мистер По способен к насилию и вдобавок не имеет четких нравственных установок. Нужда, невзгоды, помешательство Виргинии привели поэта на самую грань, а потом, когда он тянулся ко мне, отчаянно нуждаясь в моей любви, я не подпускала его ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Быть может, его разум не выдержал этого? Быть может, он, не надеясь больше завладеть мною при жизни, решил владеть мною в смерти?
85
Фанни немного перепутала, рассказ Эдгара По называется «Тайна Мари Роже». Он входит в трилогию о сыщике-любителе Дюпене, первой частью которой является рассказ «Убийство на улице Морг», а последней – рассказ «Похищенное письмо».
Наверху мягко бился о стены голубь. И неслышным, как легкое дыхание, было движение потревоженного гигантским маятником воздуха.
Мой взгляд упал на тюки. Кто-то сложил их прямо под маятником, словно чтобы с него было мягко падать. Я посмотрела выше, потом еще выше, пока наконец не разглядела сквозь темноту то самое место, где маятник крепился к толстой, будто мужская рука, веревке, и тут услышала отдаленный зов. Казалось, он донесся в этот подобный склепу зал из каких-то иных областей.
– Френсис! Подожди!
Сердце в груди зачастило. Это был мистер По. Он хотел, чтобы я оставалась на месте, пока меня не раздавит маятником. Разве он не написал похожий рассказ? [86] Это меня он хотел убить. Меня.
Я в отчаянии оглядела помещение. Уйти отсюда можно было только по винтовой лестнице, которая привела меня сюда. Но он может оказаться на ней прежде, чем я успею спуститься. Мой единственный шанс на спасение – окно. Добраться до него и звать на помощь.
86
Речь идет о рассказе, публиковавшемся под разными названиями, в т. ч. и «Маятник» (A Predicament). Впервые он был опубликован в 1838 году. В русских переводах рассказ носит названия «Трагическое положение» или «Коса времени».
Я стала карабкаться по приставной лестнице. А снизу, из притвора, послышались шаги Эдгара и его крик:
– Нет, Френсис! Стой!
Нога соскользнула со ступеньки, я ударилась подбородком и прикусила язык.
– Френсис!
Ощущая вкус крови во рту, я восстановила равновесие и снова устремилась наверх. Лестница закончилась чуть в стороне от окна. Дрожа и цепляясь за стену, я вытянулась на верхней ступеньке.
– Френсис, нет! Ты не сделаешь этого!
Сердце в груди подскочило, когда я всем телом бросилась на круглый подоконник. Высунувшись наружу через то место, где отсутствовало стекло, я почувствовала, что все мое тело в поту, несмотря на царящий в здании холод.
Мелкие льдинки секли мне лицо, голову, шею. Вдалеке я увидела Бэттери-парк, купол Кастл-гардена и пришвартованные в гавани корабли со свернутыми из-за снега парусами.
Внизу, далеко подо мной, по Бродвею не спеша ехали сани.
Я открыла рот, но не могла кричать – голова стала какой-то невесомой. Я чувствовала, как отделяется от тела душа и смотрит сверху на фигурку на лестнице, такую отчаявшуюся и перепуганную. Наконец мои легкие, словно пузырь, вытолкнули слово: «Помогите!»
Возница на санях огляделся по сторонам, будто услышав меня, но не догадался посмотреть вверх и уехал.