Один из них, темноволосый бугай с пронзительными синими глазами, вышел вперед и о чём-то меня спросил. Я не поняла ни слова, и только отрицательно завертела головой. Мужчина нахмурился и снова, но уже громче, повторил свой вопрос. Собрав волю в кулак и вспомнив всё то немногое, чему меня научила Мирта, я выдавила: «Я вас не понимаю». Моя фраза возымела совсем неожиданные эффект. Синеглазый поджал губы и в следующее мгновение, уже открыто кричал что-то, одновременно вновь наставляя на меня внушительных размеров меч. Повинуясь эффекту домино, и другие мужчины вокруг меня снова направили на меня оружие. Справа на своей шее я ясно почувствовала, как холодный металл больно царапал кожу. И тут внутри меня что-то сорвалось. Наверное сказалось совокупность, недосыпа двух дней с головной болью, постоянным напряжением и абсурдом всего происходящего и произошедшего за последний месяц. Но в следующее мгновение на крик перешла уже я, поминая всех и вся на великом и могучем русском языке.

— Какого вы тут ко мне пристали!!!! Ну не понимаю я вас!!! Не по-ни-ма-ю!!!!! Я тут вообще никого не понимаю!!! Отвалите все от меня!!!! Что зарубишь топором, только потому что я с тобой о погоде и природе не могу поговорить????!!! Тоже мне крутой нашёлся!!! Так руби на хрен!!!! Мне уже не жалко. Меня и так тут всё достало до зубного скрежета. Бородатые уроды!!! — Я сама не заметила, как вскочила на ноги и сделала пару шагов навстречу бородатым, которые оказались все ниже меня где-то на голову. Окружающие явно не ожидали от меня такой бурной реакции, потому что первое время опешивши стояли и смотрели, но быстро пришли в себя и теперь угрожающе подступали ко мне. Я была готова и, наверное даже рада принять неравный бой, потому что в тот момент моё отчаяние достигло своего пика.

— Откуда ты знаешь этот язык и почему ты на нём разговариваешь? — Раздался сзади меня глубокий низкий голос.

Я мгновенно замолчала на полуслове и замерла. Моей первой мыслью было, что мне просто показалось.

— Кто ты, женщина? — снова раздалось позади меня.

Не обращая внимания на вооруженных и явно агрессивно настроенных мужчин, я обернулась. Сзади меня стояло еще несколько низкорослых бородачей и высокий старец с длинными седыми волосами. Одет он был в светло-серую мантию до пола, а на голове красовалась высокая остроконечная шляпа того же цвета. Его не по-старчески живые яркие голубые глаза, заинтересованно рассматривали меня из-под широких полов.

— Кто это сказал? — почти прошептала я. Старец сказал что-то и окружающие нехотя опустили оружие.

— Я первый задал вопрос. — Он не сводил с меня глаз, а у меня снова появилось ощущение дежа-вю, но я быстро отмела эти мысли в сторону. В тот момент для меня самым главным было то, что я, кажется, встретила первого человека, который меня понимал и говорил на одном со мной языке. Такого искреннего счастья я не испытывала с тех пор как получила степень магистра.

— Вы меня понимаете! — Возликовала я и, повинуясь первому импульсу, бросилась к старцу на шею и принялась расцеловывать его в обе щёки, крепко обнимая и смеясь как ребёнок.

Вот такого поворота событий не ожидал никто из присутствующих. Все мужчины на поляне замерли с открытыми ртами, позабыв об оружии и вообще обо всём. Старец в сером был в не меньшем замешательстве, машинально слегка обнимая странную девицу, которая в прямом смысле, свалилась на них с неба.

Когда я наконец немного пришла в себя, то смущённо отошла от старца, и потупив взгляд, стала спешно извиняться.

— Вы уж извините, что я так вот резко… Я вовсе не хотела, уж поверьте. Просто эмоции — через край. Я тут уже так давно, и меня никто до Вас не понимал…А тут Вы. И не только понимаете, но и говорите. Я…

— Как тебя зовут, для начала. — Прервал поток моих мыслей вслух седовласый в сером.

Я оторвала взгляд от травы под ногами и посмотрела на спрашивающего, одновременно чувствуя, что губы расползаются в глупейшую улыбку, а щеки предательски заалели.

— Ирина. — Сумела наконец выдавить я.

— Ирина? — Седые брови удивленно взлетели вверх. — Ирина…. странное имя. Никогда такого не слышал. Сама придумала? — В голубых глазах запрыгали чёртики.

— Что значит придумала? Вы за кого меня принимаете? — Оскорбилась я, гордо вскинув голову. Мне моё имя всегда нравилось, хотя в детстве и было нас в классе аж 5 тёзок, и иногда хотелось чего-нибудь эдакого. Но эти детские причуды скоро прошли, и я полюбила лёгкую гармонию, мелодичность и одновременно внутреннюю твёрдость и благородство своего имени. Нет, я заметила, что моё имя здесь в-диковинку, но это ещё не значит, что я его себе придумала…

— Ладно, ладно. Не злись. — Ухмыльнулся он. — Ты вон как тут всех ошарашила. Здесь от женщин редко можно громкое слово услышать, а ты разошлась так, что пол леса разбудила. Ты скажи мне лучше откуда и почему ты говоришь на этом языке? — Старик теперь уже не скрываясь улыбался, разглядывая меня.

— Это мой родной язык… — ответила я немного рассеяно. Моё внимание вновь обратилось к присутствующим на поляне. Их было 13. Сурового вида, разнообразно бородатые мужчины, вооруженные до зубов…Все невысокого роста, на голову — полголовы ниже меня. Почему-то резко стало не хватать воздуха. Ой что-то мне всё это напоминало… Нехорошее и бредовое подозрение закралось ко мне в душу. Я снова обернулась к старцу. Высокий в сером, с посохом из тёмного дерева, а вот там чуть поодаль стоит ещё меньший мужичок с босыми волосатыми ногами. Теперь это уже было не дежа-вю, а озарение.