— Нет. Они следили, но не за нами. Боюсь, они пришли за ней. Если заметил, ни на кого из гномов они не обратили никакого внимания. — В ответ Торин утвердительно кивнул и нахмурившись погрузился в раздумия. Наконец, он расправил плечи.

— Ладно. Я разрешу ей пока остаться в отряде. До тех пор пока не окажемся вблизи Ривенделла, куда ты её как можно скорее отвезёшь. Не буду скрывать, она мне не нравится. Но и бросить женщину одну, когда за ней явно кто-то охотится было бы подло. Пусть остаётся под твою ответственность и контроль. Да, и я не желаю видеть никаких других «выплесков магии».

— Она не может это контролировать…

— Поэтому я и сказал под твой контроль. — Гном упрямо посмотрел на мага. Гендальф сжал посох, так что побелели косточки пальцев, но ничего не сказал, лишь кивнул в знак согласия. Он наблюдал как король медленно удалялся обратно к костру. На душе у волшебника было неспокойно. Он очень надеялся, что девушка доберётся до долины эльфов живой.

Наутро я проснулась ужасно ослабшей и с явными признаками амнезии. Последнее, что я помнила, это как упала в лесу, преследуемая страшными тварями. Всё. Больше ничего. Когда я приподнялась на локтях, то заметила, что лежала на своём спальнике рядом с костром. Как я сюда попала — было загадкой. Гномы всё ещё дружно храпели. Я попыталась встать на ноги, но кто-то остановил меня, положив руку на плечо. Гендальф. Волшебник выглядел осунувшимся, а глаза не блестели знакомым огоньком…

— Что-то не так? С тобой всё хорошо? — Забеспокоилась я. В ответ он только неопределённо покачал головой и присел рядом со мной.

— Как ты себя чувствуешь? — Его рука слегка коснулась моего лба.

— Да ничего. Только слабость. Что вчера произошло?

— Ты ничего не помнишь? — Голос волшебника был тихим.

— Нет. Только до того момента как упала в лесу, убегая от них. А потом… — Я запнулась. Я вспомнила обжигающее тепло, захватившее меня, а потом — тьма.

— Что потом?

— Да ничего. — Я попыталась отвернуться, но Гендальф настойчиво развернул меня к себе лицом. — Рассказывай. Всё. — Взгляд был строгим и не терпящим возражений. В этот раз мне не хотелось спорить, и вздохнув, я поведала ему о своих приключениях, о тепле, о переполняющей энергии, переходящей в боль. Волшебник внимательно слушал, лишь однажды прервав.

— Когда это началось?

Я задумалась. Пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что всё началось в первую же ночь.

— С той ночи, как здесь оказалась…

— Почему мне ничего не рассказала?

— Не знаю. Побоялась, что примите меня за одержимую…Что происходит со мной? И что произошло вчера?

Маг задумчиво смотрел на меня.

— Не знаю. Будем надеяться, что у эльфов будет больше ответов. Что же касается вчерашнего вечера — ты выбежала на поляну, а твари вдруг исчезли.

Я нахмурилась. Почему-то мне казалось, что маг что-то не договаривал. Но выпытывать детали не было сил, и я лишь устало кивнула.

— На вот, выпей. — Гендальф протянул мне кружку с дымящимся напитком. — Это травяной отвар. Поможет силы восстановить. — Я улыбнулась и послушно отхлебнула. На вкус было похоже на зелёный чай с какими-то травами. По телу растеклось приятное тепло, прогоняя остатки сна.

Если раньше участники отряда меня игнорировали, то теперь от меня неприкрыто шарахались. Оказывалась я рядом с кем-то из гномов, к примеру, у костра, как он сразу же вставал и отходил как можно дальше. Даже Бильбо теперь меня избегал, и заботу о моём пропитании всецело взял на себя Гендальф. Не требовалось быть гением, чтобы понять, что гномов тогда на поляне что-то напугало. И это что-то было связанно со мной. Но на все мои расспросы, волшебник отвечал всё той же сухой фразой. Я пыталась вспомнить, но всё было окутано мраком. Отношение гномов вкупе с собственным неведением, стало ужасно раздражать. Они вели себя так, будто я на их глазах убила и съела младенца. Я точно знала, что ничего подобного не произошло.

Каждый привал превращался в пытку. Мне было больно и одиноко, потому что кроме как с Гендальфом я не с кем не могла общаться. Да и он, в последнее время постоянно куда-то пропадал и всё больше молчал. А во время наших с ним уроков Всеобщего был в мыслях где-то очень далеко. Ночные же полёты продолжались с пугающим постоянством и интенсивностью. Я стала плохо спать, просыпаясь еще до восхода, всё чаще вспоминая дом и родных.

На четвёртый день моей изоляции мы вышли из леса. Перед нами раскинулась зелёная холмистая равнина. В ту ночь мы заночевали у подножия одного из холмов, граничащих с лесом. Рядом текла небольшая речка, где гномы с удовольствием искупались, весело переговариваясь. Когда они занялись ужином, я спустилась к берегу и перестирала свою немногочисленную одежду. Теперь я сидела в стороне, ожидая когда все улягутся. Ночевать я стала отдельно от остальных, чтобы не вынуждать «несчастных» гномов ютиться в одном углу, отгораживаясь от «опасной» меня. Перекусив лембасом, хотя аппетита не было и в помине, я долго сидела глядя на темнеющий горизонт, пока он не скрылся во мраке. Махнув рукой на водные процедуры, я приняла решение искупаться утром. Всё равно проснусь ещё до рассвета. Я легла на мешок и провалилась в забытье.

Утром меня разбудила возня гномов и очередной разговор на повышенных тонах между Торином и волшебником. Я нехотя поднялась. Тело было на удивление отдохнувшим и посвежевшим, только голова казалась немного одурманенной, и почему-то, были влажными волосы. Мы снова двинулись в путь. Я как обычно сидела перед Гендальфом. В этот день я постоянно ловила на себе взгляды Торина. Сегодня он был крайне чем-то раздражён, и глаза как-то мрачно горели, отчего по спине пробежали мурашки. Поэтому я была даже рада, когда вдруг зарядил дождь, и я смогла спрятать лицо под капюшон. Но, не смотря на всё это, моё настроение сегодня было просто лучезарным. И в какой-то момент я откинула голову на плечо магу и радостно улыбаясь подставила лицо под падающие капли. Гендальф тихо засмеялся.