Шрифт:
Тенноглифы перестроились — с пульта Вийи поступил новый пакет информации. Брендон снова зажмурился и открыл глаза, борясь с разом навалившейся на него свинцовой усталостью. На мгновение тенноглифы запечатлелись в его мозгу с кристальной четкостью, потом снова слегка расплылись. Виларийский Негус... с Негусом не поспоришь...
Он покосился на Локри и увидел, что глаза того затуманены — скорее всего, точно так же, как и его собственные.
«Это будет любопытно. Хорошо еще, тенноглифы в основном сообщают информацию, а так все делает автоматика...»
А потом времени на размышления у него не осталось: преследовавшие их корабли открыли огонь.
Пальцы Брендона запорхали по клавиатуре, нанося и парируя удары. Блик света на перстне Фазо на мгновение ослепил его. Картины боя в магазине Шнуркеля мешались с воспоминаниями о полете на бустере...
Это большая честь для Дома Феникса...
Тенноглифы расплывались в его глазах, но они же помогали ему удерживаться в реальности.
Появились новые преследователи; судя по шифровкам, перехваченным Локри, некоторые из них располагались впереди по курсу. Все то же замедленное из-за мин продвижение превращало бой в подобие страшного сна.
...Жгучие пески тянулись до самого горизонта, острые камни ранили ему ступни, замедляя ход. За спиной его лежала на боку разбитая колесница; одно из колес продолжало еще вращаться в жарком зное...
— Другие синдикаты тоже выступают вместе с Карру, — крикнул Локри. — Я не могу расшифровать переговоры, но если большинство будет на их стороне, они могут просто-напросто задействовать мины, и от нас даже пыли не останется.
...Два сфинкса лежали рядом, и кровь их орошала песок...
Корабль содрогнулся от близкого разрыва.
— Чтоб ее, эту их сверхсветовую связь... Может, они как раз сейчас говорят с Эсабианом. Он им наобещает чего угодно, только бы они достали ему Аркада! — Голос Марим звенел от напряжения.
...Резкий запах корицы исходил от обломков коры, хрустевших под его когтями. Вокруг сжималось кольцо хищников — гибких, собравшихся перед прыжком... спасения не было...
— Аркад! — услышал он голос Вийи. — Нам надо бежать. Можешь отстрелять мины?
...Его не выросшие еще крылья бесцельно хлопали, вздымая в воздух клубы мирра. Он открыл клюв; резкий крик вырвался и стих.
— Могу. — Это был его голос, но доносился он со стороны.
— Марим! Переведи на него управление теслами!
...Твари бросились на гнездо и отпрянули в страхе перед его когтями, потом навалились снова. Неожиданно тень огромных крыльев накрыла их всех, и тварь взвыла, когда огромная лапа переломила ей хребет...
Марим торжествующе взвыла.
— Ты накрыл одного из них! Они разбегаются! Поцелуйте меня в дюзы, засранцы!
...А потом он ощутил, как и его поднимают вверх, а крылья взлетающего феникса все ударяли по воздуху...
Голос Вийи ворвался в его сознание — резкий, почти срывающийся на визг:
— Это не ракетная атака! Ивард, как...
И тут же голос ее потонул в жутком рыке луча раптора. Теноглифы перестроились в новую решетку, и Брендон пришел в себя. Корабль трясло, а вместе с ним и его собственные кости, зубы... Он изо всех сил вцепился в край пульта, ожидая, пока луч сорвется в ультразвук, который разорвет корабль на куски. На экране таяло пятно, оставшееся от погибшего корабля. Следы остальных таяли — они уходили, спасаясь, но недостаточно быстро: один за другим они вспыхивали маленькими солнцами и исчезали.
24
— Раптор! — Монтроз ринулся вперед и включил свой монитор. На нем появился мостик. Омилов вгляделся в нерезкое изображение.
— Кто там еще? — зарычал Монтроз. Капитан, похоже, не слышала их.
— Карра-чатц нафар... — выругалась Вийя, бессильно шаря пальцами по клавишам. Корабль дергался, но не слушался управления.
Впрочем, раптор стабилизировался на мощности, недостаточной для разрушения корпуса. Даже так глаза у Омилова слезились, а из носа текло от вибрации.
— Ноль пять световых секунд и приближается. — Голос Иварда дрожал.
— Даже не пытайся переключать на прямое управление, Жаим, — сухо буркнула Марим. — Ходовым каюк.
Внезапно рык преобразовался в хриплый голос:
— ВЫЗЫВАЮ НА ЧАСТОТЕ ЧЕТЫРЕСТА СЕМНАДЦАТЬ! ВЫЗЫВАЮ НА ЧАСТОТЕ ЧЕТЫРЕСТА СЕМНАДЦАТЬ!..
Капитан сверкнула оскаленными зубами и с размаху ударила кулаком по пульту.
— Ответь!
В угрюмом молчании Омилов и остальные в лазарете смотрели на то, как Локри пытается заставить содрогающийся корабль ответить. Гул усилился, а на табло Марим замигали тревожные огоньки.