Ивард сел за штурманский пульт, и она громко чмокнула его в щеку. Он сжался, озираясь по сторонам, — не заметил ли кто.

Ясное дело, никто не обратил на это внимания. Локри вглядывался в свой экран, а Жаим стоял скрестив руки на груди у задней переборки.

Вийя кивнула, и Монтроз остался у люка.

— Мы идем на Рифтхавен, — объявила Вийя. — Надо чинить скачковые, и на верфи у Ферна это сделают гораздо быстрее, чем мы справимся сами.

Локри поднял взгляд.

— Перехват болтовни между кораблями на причалах у Чангов не дал ни одного упоминания о Хриме, «Когте Дьявола», Сердце Хроноса, эйя или вообще чем угодно, касающемся нас.

— Сохрани записи, — бросила Вийя. Локри провел рукой по клавишам и откинулся в кресле, барабаня пальцами здоровой руки по подлокотнику.

— «Рифтхавен?» — переспросил он, отрывая взгляд от монитора. — А что, если эти гребаные должарианцы вычислили, что Аркад еще жив? Хрим был на Шарванне, значит, он сможет связать его и нас. И первое место, где он будет искать нас после того, как раздолбал нашу базу, будет именно Рифтхавен.

— Хрим никак не может искать нас, — вмешалась Марим, переводя взгляд с Локри на Вийю и обратно. — Хрим летит на Малахронт, так ведь?

— Хриму нечего делать на Рифтхавене, — оторвался от созерцания заклепок на переборке Жаим. — У синдикатов для него есть дельце.

Марим рассмеялась, а Локри согласно кивнул.

— Мы будем поддерживать готовность к старту, но сначала поговорим с Юканом. — Вийя махнула рукой в сторону Жаима, который при упоминании имени брата снова поднял взгляд. — Мы можем прийти на несколько дней позже самых быстрых кораблей Эсабиана — если, конечно, он обнародовал весть о бегстве Омилова с Артелиона. Если мы будем держать своих чистюль взаперти, думаю, никто нас не заподозрит.

Возражений не последовало.

«Она обмозговала это с ним вместе», — подумала Марим, искоса поглядывая на Локри.

— И еще вот что: вам всем не терпится бежать к перекупщикам, чтобы продать свою долю трофеев из дворца. Вам придется быть осторожнее и продавать только то, что нельзя опознать как часть дворцовой коллекции. Все редкости придется отложить до лучших времен. Монтроз определит, что безопасно продать сейчас. — Все промолчали, и Вийя продолжила: — Что нам надо сейчас решить — так это куда мы направимся дальше.

— На другую базу, — подал голос Ивард. — И затаиться.

— Мы не можем прятаться на другой базе, — возразила Марим, в первый раз задумавшись о будущем после Рифтхавена. — Это ведь Хрим захватил «Солнечный Огонь», так? Как ты думаешь, что он в первую очередь выкачал из компьютера?

— Нам придется исходить из того, что он так и поступил, — согласилась Вийя. — Про вторую базу можно забыть.

Марим похолодела.

«Надо же: раз в жизни разбогатела, и деться некуда!» Локри мрачно ухмыльнулся.

— Кто говорит, — буркнул он, — что нам вообще надо что-то делать?

Марим вздохнула, демонстрируя, как ей жаль, что команда раскололась, и к удивлению своему поняла, что ей и правда жаль. «Вот так всегда, — подумала она. — С самых пеленок. Только привыкнешь к шайке, дослужишься до места, которого хотела, и тут бац! Все псу под хвост, и все начинать сначала, неизвестно где».

Тонкие, болезненные пальцы Иварда вцепились в ее руку.

— А что с панархистами? — спросил Локри.

— Они мои, — ответила Вийя. — Я избавлюсь от них так, как считаю нужным, чтобы это не навело наших врагов на нас.

Марим сжала руку Иварда, но внимание ее оставалось приковано к Локри и Вийе.

«Неужели Локри не услышал угрозы?»

— Тогда тебе придется убить их, — буркнул Монтроз. — Все другое, все, что угодно, приведет наших врагов прямиком к нам: если ты продашь их панархистам, они не будут молчать, а если ты продашь их нашим врагам с другой стороны, они расскажут еще больше.

— Есть еще альтернатива, — спокойно возразила Вийя. — Вы будете в относительной безопасности.

Локри молчал. «Он услышал угрозу. Еще как услышал!»

— Я уйду сразу же, как отремонтируют двигатели, — продолжала Вийя.

«Значит, у нас будет еще около недели найти себе нору поукромнее и забрать свои шмотки с этого корабля, — подумала Марим. — То есть у меня неделя на то, чтобы получить все, что я хочу, а потом бросить этого рыжего приставалу здесь». Она сжала руку Иварда еще чуть крепче и улыбнулась в его веснушчатое лицо.

Осри устало опустился на стул.

— То есть, — сказал его отец, с кряхтеньем вставая со своего места, — во избежание неприятных вопросов мне лучше вернуться в лазарет.