— Вы полагаете, ему в этом помогли?

— Я не хочу говорить бездоказательно. Предполагать — ваша работа.

— Почему же вы ушли оттуда? — спросил репортер.

— У меня не оставалось выбора. — Иксван сделал глубокий вдох. — Притом здесь воздух чище. Возможно, отсюда мне удастся сделать больше.

— Спасибо, гностор Иксван. — Репортер, восприняв последнюю фразу как заключительную, остановил айну, и она из серебристой сделалась серой. — Я хотел бы задать вам еще один вопрос за кадром, если можно.

Иксван удивленно посмотрел на него. Весьма необычное поведение: назойливость — главный порок большинства репортеров. Этот же проявил такт, свидетельствующий по крайней мере о здравом подходе к делу, если не о душевном благородстве.

— Пожалуйста, генц Корморан.

— Вы прибыли сюда, чтобы представлять Джесимара лит-Кендриана?

— Кого?

Репортер повторил имя и добавил:

— Это лишенный прав состояния Дулу, обвиняемый в убийстве своих родителей и еще пяти человек на Торигане четырнадцать лет назад. Архон Торигана настаивает на суде и кодексе местного правосудия, хотя правительство приостановило судопроизводство по преступлениям, совершенным до атаки рифтеров.

И снова «рифтеров». Интересно.

— Кендриан, или Локри, как он себя именовал, — один из рифтеров с «Телварны», корабля, где нашел пристанище наш новый Панарх.

Иксван поднял брови — целая паутина возможных вариантов раскинулась перед ним. Не связан ли этот таинственный Монтроз с Панархом? Почему он тогда не сослался на это?

— Нет, я ничего не знаю об этом деле. Не забудьте, какие скудные известия мы получали с Ареса. Это и делало информационную контрабанду Рамони столь трудной.

Корморан пораздумал немного и кивнул:

— Еще раз спасибо, гностор.

— Это вам спасибо. Не дадите ли мне код вашей почты? Возможно, через некоторое время я смогу сказать вам больше, а мой код появится в справочнике.

Репортер ухватился за это предложение, и невидимая вспышка на миг соединила их босуэллы. Иксван попрощался и стал искать общественный пульт, желая разузнать что-нибудь о Монтрозе, человеке, вызволившем его с Рейда. Этому субъекту придется ответить не на один вопрос.

Ник Корморан, стоя рядом со своим другом и соперницей Дерит Й'Мадок, смотрели, как растет число зрителей, запрашивающих интервью с Иксваном. Несмотря на то что тианьги работало на полную мощность, в воздухе висело электричество — возможно, от слишком большого количества пультов в тесном помещении, но скорее от насыщенного адреналином дыхания тех, кто здесь работал.

— Думаю, это потолок, — сказал Ник. — Если мы не сумеем попасть на Рейд, отсюда больше ничего не выжмешь — разве что моя догадка по поводу Кендриана окажется верной.

— Все равно, это хорошее интервью. — Дерит откинула назад свои темные волосы. — Не твоя вина, что 99-й монополизировал рифтерскую тему, которую все только и смотрят. — Она кивнула на ближайший банк пультов. — Новые пакеты данных каждый день, лучшие программисты, которых мы смогли нанять... а посмотри на нас. Повторяем то, что уже сказано другими, а Хомски со своей шайкой подсчитывает баллы.

Она швырнула на стол кучу бумаг и посмотрела уныло, как высоченная кипа, перекосившись, сыплется на пол.

— Да пошли вы, — сказала она беззлобно, когда лавина приостановилась, собрала всю груду и запихнула в ликвидатор.

Нику не нужно было смотреть на экраны многочисленных пультов — он и так видел по лицам операторов, что ничего нового не происходит.

Он вздохнул. Бесполезно напоминать Дерит, что когда-нибудь они будут богаты, что ДатаНет восстановит прежнюю коммерческую структуру и триллионы людей захотят их репортажи с Ареса. Тогда у всех каналов станции баллов будет более чем достаточно.

Вся проблема в том, что новости живут настоящим моментом. Завтра настанет через тысячу лет, а вчерашнего дня уже, считай, и вовсе не бывало. Они, объединив свои силы сразу после прибытия сюда, составляют сейчас лучшую репортерскую команду Ареса, но успех от них ускользает. Хомски из 99-го канала ухватилась за зверства, чинимые рифтерами в Тысяче Солнц, и не сходит с этой орбиты, а 25-й теряет свои позиции. Даже приготовления к коронации Панарха и предстоящий процесс над Джесимаром лит-Кендрианом не в силах перешибить интерес публики к дурным новостям.