– Удачи, – пожелал Дэвид, и связь прервалась.

Между тем Эккерс уже огибал подножие холма, его черная шляпа мелькала среди деревьев. Дэвид старался держаться над ним.

И тут на открытом склоне холма он увидел какое-то движение. На мгновение ему показалось, что это животное, но потом, затаив дыхание, он понял, что ошибался.

– Что случилось? – спросила Дебра, почувствовав его напряжение.

– Сэм, проклятый дурак. Конни велел ему не покидать поста, он безоружен, но бежит вниз по склону, наперерез Эккерсу.

– Ты не можешь остановить его? – беспокойно спросила Дебра, но Дэвид не потрудился ответить.

Он четырежды вызывал Конни, прежде чем получил ответ. Голос Конрада звучал прерывисто, тот задыхался от бега.

– Сэм бежит к Эккерсу. Я думаю, он попытается его остановить.

– Будь он проклят! – простонал Конрад. – Я испинаю его черный зад.

– Не отключайте связь, – распорядился Дэвид. – Я хочу взглянуть поближе.

Дэвид видел все очень ясно. Он был на высоте триста футов, когда Эккерс заметил бегущую вниз по склону фигуру. Он резко затормозил и приподнял ружье; возможно, выкрикнул предупреждение, но Сэм продолжал бежать к человеку, который сжег его детей.

Эккерс приложил приклад к плечу, прицелился и выстрелил. Ружье в его руках подпрыгнуло, отдача дернула ствол вверх. Ноги продолжали нести Сэма вниз, но верхняя часть тела резко откинулась назад от удара тяжелой пули с мягким наконечником.

Маленькая фигура в коричневом покатилась по склону и застыла у кустов, росших у подошвы холма.

Эккерс перезарядил ружье, наклонился, подбирая гильзу, и взглянул на кружащий над ним самолет. Дэвид мог ошибиться, но ему показалось, что человек внизу смеется – своим непристойным, издевательским смешком. Потом он снова побежал к грузовику.

– Конни, – хрипло произнес Дэвид в микрофон, – он только что убил Сэма.

Конрад Берг тяжело бежал по неровной песчаной почве. Он потерял шляпу, пот заливал его большое красное лицо, ел глаза, волосы прилипли ко лбу. Рация болталась у него на шее, а приклад ружья периодически ударял в бок.

Он бежал с мрачной сосредоточенностью, не обращая внимания на готовое лопнуть сердце, на жжение в груди. Колючий куст разорвал кожу на правой руке, прочертив кровавые штрихи, но Берг не остановился.

Подняв красное напряженное лицо к небу, он увидел самолет Дэвида: тот кружил впереди и чуть слева. Указывал положение Эккерса. Становилось ясно, что Берг отстает.

Радио запищало, но Конрад не обратил внимания на вызов: остановиться он не мог. Если он перестанет бежать, то упадет от изнеможения. Тяжелый рослый человек, жаркий воздух расслабляет; Конрад уже пробежал три мили по трудной местности, он почти исчерпал силы. И тратил сейчас последние резервы.

Неожиданно земля под ним ушла вниз, он упал и прокатился по крутому склону берега ручья Лузана и остановился, лежа на спине в белом речном песке, чистом и зернистом, как сахар. Рация болезненно впилась в его тело, и он вытащил ее из-под себя.

По-прежнему лежа, он дышал быстро, как собака, пот слепил его; он нажал кнопку вызова.

– Дэвид, – хрипло прокричал он, – я на дне ручья, вы меня видите?

Самолет пронесся прямо над ним, и Дэвид отозвался немедленно:

– Я вас вижу, Конни, вы в ста ярдах ниже по течению от грузовика. Эккерс здесь, он только что добежал до грузовика, сейчас он двинется к вам по дну.

С трудом, задыхаясь, Конрад Берг заставил себя подняться на колени – и тотчас услышал шум мотора. Он отстегнул рацию и отложил ее в сторону, потом снял ружье, проверил заряд и встал на ноги.

Удивляясь слабости своего массивного тела, он шатаясь побрел к середине пересохшего ручья.

Сухое русло представляло собой канаву глубиной восемь футов, с размытыми половодьем крутыми берегами, которые в этом месте достигали в ширину пятнадцати футов. Дно было покрыто чистым белым песком, в котором виднелись круглые, обкатанные водой булыжники размером с бейсбольный мяч. Прекрасная естественная дорога в Джабулани, и на песке – четкие следы грузовика Эккерса.

Конрад услышал, как за поворотом ревет мотор "форда".

Он стоял посреди русла, держа ружье поперек перед собой, и пытался справиться с дыханием. И вот грузовик появился из-за поворота и понесся к нему. Из-под бешено вращающихся задних колес летели струи песка.

За рулем сидел Иоганн Эккерс: черная шляпа надвинута на лоб, лицо посерело и блестит от пота. Он увидел преградившего ему дорогу Конрада.

– Стой! – закричал Берг, поднимая ружье. – Стой, или я стреляю!

"Форд" раскачивался и проскальзывал, мотор протестующе выл. Эккерс рассмеялся. Конрад видел его раскрытый рот и трясущиеся плечи. Грузовик не замедлил движения.